Gamemaster

Если поймают с торговлей в остроге с неуплаченной податью, виру по медной гривне заплатите в воеводину мошну. Уяснили? – голос Ждана стал скучающим, видимо он начал выдавать стандартную, много раз повторенную им информацию.

- Я вчера проходную платил, – тут голос подал Рик, молчавший до сего момента.

- Так то было вчера… - протянул вредный стражник, но поймав мой взгляд, осекся. – Ладно, один медяк и проваливайте.

Надо же, дипломатичность проявил. А я, наконец, понял, что еще за вира. Типа штрафа, за нарушение местных законов.

И, судя по словам второго стражника, убийство тут является финансово-наказуемым преступлением, а не уголовно. Интересный факт, который я постарался запомнить на будущее. Я бросил в ладонь Ждана монетку, буквально только что перекочевавшую из его кошелька в мой, но тот сделал вид, что все в порядке.

- Как нам пройти к воеводе? 

- Прямо дуйте, пока в воеводин дом не упретесь – большой такой, рубленый, охлупень с конем на крыше.

Мимо не пройдете - после уплаты проходной мзды, Ждан утратил к нам интерес, равнодушно уставившись вдаль. Надо полагать, злость за проигрыш еще не прошла.

- Я провожу, – голос подал напарник Ждана, – отполдничаю заодно. Время как раз.

- Ты, Данко, к Фекле опять, никак навострился. Смотри, уйдешь надолго, я Севастьяну пожалуюсь, что ты от работы отлыниваешь. Он тебе уши оборвет, зуб даю. 

В ответ на это названный Данко лишь широко улыбнулся и пристроился в начало нашей маленькой колонны.

- Ловко ты на кулачках бьешься, странник, – как только мы отошли от ворот на приличное расстояние, Данко посмотрел на меня через плечо. – Ждан у нас задира не из последних, за что его в остроге за глаза Репеем кличут. Как ты понимаешь, прозвище своё он не за красивые очи получил - в окулачь он дюже бьется… А ты его – раз, и на лопатки. 

Я обратил внимание, что провожатый наш довольно молод, просто раньше из-за доспехов и шлема на голове я не обратил на это внимания.

Легкий пушок на подбородке и верхней губе говорил о том, что парню, наверное, едва лет восемнадцать исполнилось. А то и того меньше. В его поведении, жестах и мимике вообще не угадывались алгоритмы поведения заурядного НПС. Если точнее, он вообще ничем не отличался от живого человека. Разве что архаичной манерой речи.

Пока шли через острог, я любовался пасторальными картинами древнеславянского поселения.