Эскул Бытие

Но, чёрт возьми, тяжёлая работа приносила свои результаты! Всем нам сообща удалось вытащить уйму народа и утереть нос косой. Ещё через месяц, нам и нашим коллегам стало казаться, что ситуация, наконец, изменилась в лучшую сторону. И череде несчастий наступит конец. Мы были почти счастливы. Редкие минуты отдыха проводили на вечернем стихийном пляже. 

   Проклятый океан давно успокоился, и волны с мерным шелестом заносили песком пальцы наших босых ступней. Так я и запомнил её на долгие годы. Местные называли её загадочным словом «гвапенья» (3).

Девчоночий хвост тёмно-русых волос, устало опавшие, немного сутулые плечи и руки, давно не знавшие маникюра с обрезанными до мяса ногтями. 

   А наутро мы узнали, что такое настоящая преисподняя. Подлая и коварная. Бардака в стране карнавалов всегда хватало с избытком, а в последние месяцы особенно. То ли сумма накопившейся усталости и предела ошибок достигла своего апогея, то ли небеса за что-то всё-таки разгневались на людей. Жизнь не давала простых ответов.

   Ангра. Теперь это слово знает весь мир. Бразильская атомная электростанция последнего поколения. Надежда и мощь южного континента. Очередные толчки начались в четыре утра. Наш полевой госпиталь находился в четырех километрах от станции…

   Я до сих пор задаю себе вопрос, почему я выжил, а Таюшка – нет? Почему Он забрал её, а не меня? За эти годы я придумал кучу самых разных объяснений и отговорок. То, что Таюшка оказалась беременной должно было повысить её шансы в борьбе с лучевой болезнью.

Мы тогда успели привезти её в Москву. Дед метался по городу, одновременно продавая нашу квартиру и занимая деньги у кого только можно. Несколько месяцев кошмара. Бесконечные пересадки костного мозга, переливания, синтетические стимуляторы. Она просто затухла как свеча… Последние дни не разговаривала и приходила в сознание только на несколько часов. А я грыз от бессилия подушку в соседней палате, опутанный капельницами и датчиками, крошил зубы в песок…

   Морок старых воспоминаний потихоньку стал отпускать под тревожное попискивание МКИПа.

Прибор знал своё дело туго, и я через несколько минут стал смотреть на окружающий мир уже с достаточной долей оптимизма.

  Пелена далёких воспоминаний развеялась, и я осознал себя сидящим в тёмной кухне перед открытой дверью холодильника. Взяв бутылку минеральной воды, я захлопнул дверцу и прошлёпал босиком в коммуникаторную. Как всегда, лучший способ забыться.