Эскул Бытие

Модест – это то, что нужно. На репутацию ему плевать. Он живёт со своими вещами. Никто ему больше не нужен. Если нужно купить или продать что-то редкое, вам к нему. Но держаться следует всё же осторожно. Модест никогда откровенно не кидал своих покупателей, но злые языки давно поговаривали, что де связан он с ночным миром Карагона, не брезгует и ворованным. Может и наводку дать на богатого покупателя своим подельникам. Но в моём положении уж лучше к нему, чем к эльфам или в майоратскую скупку. Есть, правда, ещё вариант.

Аукцион. Но время, время. Частики тик-так. Уже два дня прошло! А у меня лишь месяц на всё про всё. Точнее, уже 28 дней. Поэтому только Модест.

   Дверь открылась без скрипа. По утреннему времени безлюдная лавка обрадовала тишиной. Снаружи не проникало ни одного звука. Лёгкий полумрак рассеивали лучи восходящего солнца, причудливо преломляющиеся в светло-зелёных витражах, расписанных смутно знакомым рисунком вьющихся растений. 

   Витрин в лавке было мало.

Отделанные дорогим джорданским деревом стены имели приятный красноватый оттенок. Витые чёрные столбы из кости дракона поддерживали высокую крышу. Широкий прилавок выглядел пустым. 

   В дальнем правом углу, между прилавком и дверью в запасник, сидел Модест. Единственный уцелевший его правый глаз был полузакрыт, левая глазница пуста. Её перечёркивал клиновидный шрам, напоминающий гостям о том, что хозяин в прошлом непростой торговец.

А крепкие загорелые кисти с жилистыми пальцами и следами мелких ожогов на коже, которые оплетали паутинкой руки до локтей, говорили о том, что Модест в пору своей молодости чаще сжимал ими рукоять меча, а не перо или пергамент, как сейчас. 

   Одежду торговца составлял тёмно-серый щегольской сюртук, отделанный серебряной нитью по вороту и обшлагам. Густые седые с рыжиной волосы, такие ещё называют «перец с солью», небрежно прихваченные на затылке сыромятным ремешком, закрывали уши Модеста.

Несколько прядей ниспадали на высокий, покрытый мелкими шрамами, лоб.

   Мне приходилось и раньше несколько раз обращаться к нему. И каждый раз я испытывал странное чувство острой опасности, находясь всего в нескольких шагах от торговца. Казалось, ему достаточно шевельнуть пальцем, чтобы свернуть мне шею. Вот и сейчас, когда я вошёл и его единственный глаз уставился на меня, это чувство вернулось снова.