Проект «Оборотень» Странник-1

А то подстрелит меня или Марджан. Вот смеху-то будет…

Скрипнув напоследок тормозами, лифт наконец остановился. Я отсчитал две секунды и метнул гранату.

– Заткнули уши! – крикнул я и сам опустил забрало шлема, полностью отсекая внешние звуки.

Томительная пауза, и двери лифта мягко разошлись в стороны. Сквозь медленно расширяющуюся щель, в тесное пространство лифтовой вывалился жутковатого вида зверинец.

Штурмовая граната, это в принципе не самая серьезная штука. Так. Всего-то двадцать метров убойный разлет.

Но в закрытом и не очень большом помещении…

Ударная волна – и кровавые ошметки плеснули в дыру, словно из ведра.

Я поднял стекло. Стрелять было уже не в кого. В углу что-то конвульсивно дергалось, но это была просто агония.

Проходя среди изорванных в кровавое тряпье монстров, я пожалел, что этого великолепия не видит господин Босх. Тут были и люди с конечностями паука, и полутораметровые крысы с человеческими руками. Вот уж воистину нечисть. Непонятно только, на чем сгорели ребята из «Топаза».

Не на этой же кунсткамере?

Подготовка лифта к безопасному спуску заняла еще минут тридцать. Сама лифтовая кабина была мною заминирована так, что направленный взрыв должен смести все, что будет стоять перед дверью в момент ее раскрытия. А вся наша троица, обнявшись крепче любовников, устроилась на крыше.

Я перемкнул провода, и мы дружно ухнули в темноту шахты. Впрочем, ехали мы недолго. Метров двадцать, потом клеть мягко качнуло на тормозах, и почти сразу по еще не успевшим раскрыться дверям что-то заскрипело, заскрежетало, словно раздирая металл и пластик в мелкие клочья.

И уже не доверяя установленному на раскрытие взрывателю, я нажал кнопку дистанционного активатора.

Взрыв мины ударил по шлему, словно ватный матрац и, кажется, сотряс все тело до внутренностей. Затем взрыв унесся вверх по шахте, а снизу донесся дикий вой и крик недобитых монстров. Мгновенно во рту стало солоно от выступившей крови. Марджан была белее снега и с посиневшими губами, но держалась.

А вот Холар вновь, как огурчик. Не берет его, подлеца, земная гадость.

Откинув ногой лючок на крыше, я мягко скользнул на пол лифта. Нет, мне не показалось. Полураскрытые дверцы лифта, изуродованные взрывом, были вдобавок буквально располосованы в лохмотья чем-то острым так, что не составляло никакого труда отогнуть куски двери. И вновь воевать уже было не с кем. Только останки. Но какие! Любой фильм ужасов отдыхает.