Нигредо

         - Послушай меня, Тим. – В голосе наставника лязгнула сталь. – Говорю тебе последний раз. Ты поступил абсолютно правильно. Босоркань, да еще такая матерая, тебе не по зубам. У вас против нее не было шанса. Наше счастье, что она чтит Покон. 

 У тебя был выбор: или лечь там вместе с Ингой, не принеся никакой пользы ни Ордену, ни людям. Или спасти хоть кого ни будь, немного отступив от правил Ордена. И ты справился, вы живы, мальчишка жив. А его мать? Ну что же, бывает.

Но жизнь продолжается, война продолжается. Не время для рефлексий!  – Жестко закончил он. Уже не в первый раз мозги мне вправляет.

- Так почему меня отстранили, если я весь такой положительный? – Не сдержавшись, прорычал я в трубку телефона. Взбесил меня, знает, на что давить, чем задеть. 

- Отстранили тебя по моему приказу. – Устало проговорил Наставник. – Ты схватил кусок, который не каждый проглотит без последствий. Десять лет, Тимур.

Десять лет. И мы должны были убедиться, что ты не сорвешься сразу после происшествия. Это не редкий случай, поверь моему опыту…

- Будете следить? – Усмехнулся я.

- Конечно. – Согласился отец Никола. – Так что сто раз подумай, прежде чем на что – то решится. И осваивай новые возможности. Десять лет…Думаю, пару ступеней ты проскочил. Приедешь – сдашь мне зачет на пятый ранг.

 – Наставник сделал паузу, переводя дух. В  трубке повисла  тишина.

         - Кстати, мальца того, Айвара, приняли в Монастырь. И по всем признакам  у него такой же дар, как и у тебя.

         - Шаман? – Удивился я. Магический дар и так редок. А шаманов всегда было мало. Понятно, почему его загребли в «Костаньевицу». 

         - Да, и не слабый. Так что все было не зря. – В трубке раздались гудки .

Вот так всегда. 

Ну что же, пойду собираться, путь не близкий.

* * *

Алинка была зла. Родители опять затеяли прием вечером. Ну сколько можно! Мама недавно жаловалась, сколько сил выпивают эти мероприятия, но папа, как всегда, был непреклонен. Они – элита Санкт Петербурга, и должны соответствовать.

         Опять торчать в холе, и с притворной улыбкой встречать напыщенных бизнесменов и чиновников, стараясь показать несуществующую радость от их прибытия.