Охотники за туманом

Одеты вроде обыкновенно. На границе с Персией и в мое время так ходили...

— А на востоке, братец, очень сильны традиции. Там, знаешь ли, тысячи лет ничего не меняется. Царь Дарий со своими бессмертными жил задолго до появления пророка Магомета. Потому вероисповедание у бессмертных более древнее — зороастрийское. А зороастрийцев, братцы, в земле хоронить нельзя. По тамошним традициям погребение происходит или в склепах, или в так называемых ’башнях молчания’. Сжигать или предавать земле — значит осквернить либо огонь, либо землю.

Никак нельзя, знаете ли.

Пахом стащил с головы пыльную измятую шапку и размашисто перекрестился.

— Вот же, елки зеленые, как люди живут!

Боярин усмехнулся.

— Еще и не так живут, братец! Эти еще простые и нам вполне понятные. Так что давайте уважим согласно их традициям. А раз ’башню молчания’ у нас сделать негде, и никаких хищных птиц я еще создать не успел — то отдадим тела твоему, Коленька, Подвоху. Заодно и эксперимент проведем.

— Так что, прямо сейчас их в туман кидать? — спросил Николай

Андрей Тимофеевич приложил ладонь к треуголке и посмотрел на закатное солнце.

— Чуть погодя, братец. Через четверть часа солнце сядет — тогда и приступим.

— А с пленными что делать будем?

Боярин повернул голову и посмотрел на Николая колючим взглядом.

— Думается мне, любезный приятель, что перевоспитать этих былинных героев мы уже никак не в состоянии. Они ведь под присягой. Да не такой, какую вы мне каждую неделю даете, а куда как более строгой.

Какие приняты у них там, в восточных сатрапиях. Но попробовать — попробуем. Вот этого, с ногой, доставим до алтаря. Проверю, можно ли ему ногу починить. Заодно узнаем, как алтарь отреагирует на того, кто другим владетелем призван и под присягой находится.

— Не нравится мне эта идея, — нахмурился Николай — Врага, да в самую нашу святая святых...

— Так или иначе мне надо узнать возможно ли это в принципе и если да — то как оно делается.

А уж безопасность эксперимента обеспечим, будь уверен. Михайлу кликну, к примеру.

— А я?

— Если задуманный эксперимент удастся — то для тебя назавтра другая задача будет.

Николай кивнул, соглашаясь.

Пахом зябко поежился и отошел подальше от сидящих на земле пленных. Николай же свежим взглядом осмотрел южан, силясь найти в одежде какие-нибудь радикальные отличия от известных ему туркмен, текинцев и каджар.