Охотники за туманом

Так и стрельцы мои с этой стеной. В общем, не получается картонок на монстров натравить. Теперь вот думаю — может, зря я целый кристалл потратил на полдюжины стрельцов? Толку с них — никакого. Дал им задачу охранять. И вот они целымиднями ходят по стене острога, смотрят куда-то. Вроде как бы и при деле, а что делают — непонятно. И как себя поведут если вдруг какая опасность появится — тоже не знаю. Ладно, пойду я. А ты смотри внимательно.

Андрей Тимофеевич проверил, легко ли выходит шпага из ножен и удовлетворенно кивнул.

Взял карабин наперевес и плавными, стелющимися шагами заскользил вдоль самой границы пепельно-серой стены, выжидая, когда блуждающий в глубине тумана смутно различимый багровый всполох появится совсем близко. А потом вдруг резко ускорился и одним длинным прыжком растворился в серой мгле.

Где-то недалеко гулко грохнул ружейный выстрел. Подул сильный ветер и туман стал рассеиваться. Серая стена дрогнула и как бы нехотя под порывами ветра стала вдавливаться внутрь, образуя в пелене тумана нишу глубиной метров эдак сто.

Было забавно наблюдать за тем, как все это происходит на границе голубого неба и туманной завесы. Будто кто-то пылесосом вытягивает серость из воздуха. Красиво! Николай непроизвольно улыбнулся.

Алмаз всхрапнул и забил копытом. Впереди, на залитой солнечным светом лужайке, метрах в пятидесяти впереди Андрей Тимофеевич стоял, наклонившись, рассматривая что-то на земле. Николай взял Алмаза под уздцы и быстро зашагал к боярину.

Интересно, как Андрей Тимофеевич сумел так быстро переместиться? Вроде времени прошло всего ничего.

Когда Николай подошел — Андрей Тимофеевич уже выпрямился и деловито протирал ветошью шпагу. Перед ним в траве было неровное черное пятно, будто кто-то разлил ведро битумной мастики.

— Уф. Что-то я долго провозился — сказал боярин. — Заждались, небось? Но ничего, все вышло как надо. Вот он, красавец!

С этими словами в руках Андрея Тимофеевича появился крупный ярко-красный светящийся кристалл, едва умещавшийся на тонкой ладони боярина.

— Смотри какая штука, Николай. Один одушевленный может нести только один кристалл с собой. То есть еще раз на охоту я с кристаллом пойти не могу. Надо его доставить в храм, на алтарь, и только потом выходить еще раз. Или можно передать другому одушевленному. Я, например, для этих целей вдохнул душу в Алмаза. И теперь он, как одушевленный, может тоже носить кристалл. Вот примерно таким образом.