Милость Грасса

От него сильно раскачивались все высокие деревья, добавляя в общий ночной хор поскрипываний и шелестения.

 Холодный пот пробивал меня, я всё искал, искал... Но чего же именно я ищу? Что не дает мне покоя? Никак не мог поймать обрывки мыслей, ускользающие от новых ночных шумов. И как давно я стал бояться обычного ночного леса?

 Нет, это не простой лес, здесь всё против меня. Рядом никого, кто бы поддержал. Лишь всё усиливающееся напряжение. И я бегу, бегу, сам не знаю в каком направлении.

 Вот я ухватился взглядом за ветку, особенно крупную, отстоящую от густых крон.

Но образ пытающегося пробиться возмущения сник. Пришлось продолжать убегать. Звуки ночных клыкастых охотников раздавались уже совсем близко, они вот-вот нагонят и тогда... А что мне делать?

 Да я же обычный настройщик. Совсем не смельчак, не сталкер и не любитель острых ощущений! Как я здесь очутился? Точно! Попробую изменить настройки реальности.

 Не заметив отсутствие универсума, я усиленно стал подавать команды на смену декораций.

Ночной лес я захотел озарить подсветками деревьев. Завывания волков убрать. Добавить лёгкое щебетание птиц и сверчков.

 Мир вокруг начал меняться. появились яркие подсветки. Торчащие из земли корни ушли вглубь. Через минуту я уже шагал по хорошо декорированному парку, вдалеке раздавался радостный смех. Так-то лучше...

 А спустя дюжину метров, всё вокруг словно начало чернеть, теряя цвета. Прожекторы окрасились в ярко-алый. Мерные щебетания прервались жалобным писком и смачным хрустом.

Один за другим, все эффекты, созданные мной, деформировались, превращаясь в новую картину ужаса, похуже предыдущей.

 А впереди смех затих, сменился жалобными стонами и мычанием девушки с зажатым ртом. И два голоса молодых парней, кричащих от чего-то явно нехорошего. Я ускорился, понимая, что бежать то мне надо именно к ним! Туда, откуда и раздавались эти голоса.

 Я пытался закричать сам, установить хоть какую-то связь с теми людьми. Но неожиданно понял, что рот мой зашит крепкими стальными нитями.

Язык не может выдать ничего вразумительного. У меня лишь вырвалось мычание на выдохе.

 Паника. Вот как она выглядит. Крайняя степень ужаса, страха не успеть, смешанного с осознанием собственного бессилия. И картинка адского леса вокруг.

 Со всех сторон раздался хохот. Безжалостный, издевающийся. Голос, деформированный поскрипываниями и хрипами, но тем не менее смутно мне известный. На ум не приходило, откуда я могу его знать.