Сердце вьюги

Кошек М’Рау Элей кормить не хотелось, по крайней мере собой, по каковой причине он очень тщательно осмотрел спящую, пытаясь спрогнозировать, с какой стороны и каким оружием ожидать удара в случае, если она не вовремя проснется.

На первый взгляд кинжала у Ольги под рукой не имелось. Однако Рау весьма смущало наброшенное на девушку одеяло: мало ли какое оружие она могла под ним прятать! Зная изощренность в данном вопросе своих соотечественниц, он крайне подозрительно относился к любым возможным местам для укрытия острых предметов.

Впрочем, выбора не было. Знание языка ему необходимо. И тут, когда он уже совсем было отчаялся найти более-менее безопасный выход, его осенила великолепная идея. Осторожно, чтобы не потревожить спящую, он улегся прямо на пол – так, что его голова почти соприкасалась с ее, а ноги смотрели в противоположную сторону. Теперь, чтобы нанести более-менее сильный удар, ее руке придется пройти куда более длинное расстояние и бить из неудобной позиции, так что шанс на выживание у него существенно повышался.

Обдумав эту успокаивающую мысль, Рау подогнул ноги, чтобы избежать контакта с горячей батареей, после чего постарался расслабиться, как и учил его почтенный наставник.

Увы. Расслабиться не получалось. Раны назойливо ныли, пол был твердый, от батареи несло нестерпимым жаром, а инстинкт самосохранения громко вопил, что засыпать и расслабляться не следует ни в коем разе, если не хочешь проснуться в объятиях Снежной Матери[4].

Однако Рау был воином и не привык пасовать перед трудностями.

В конце концов его настойчивость увенчалась успехом. В полудреме эльф заученной фразой активировал амулет и, только проваливаясь в бездну чужого сна, понял, какую страшную ошибку он допустил.

Он еще пытался вырваться, проснуться, прекратить действие заклинания – платить ТАКУЮ цену за знание чужого языка он был категорически не согласен но было уже поздно. Последним усилием Рау попытался разбудить мирно спящую рядом с ним девушку, несмотря ни на какие последствия, но поднятая для толчка рука бессильно обвисла и упала на подушку, не задев ни одного волоска.

Рау заснул. И сон его был несладок.

* * *

– Мр-р-м-м-м…– сладко промурлыкала Ольга, поудобнее устраиваясь на деревянном лежаке и приспуская лямки купальника. Ласковое южное солнце теплыми ладонями гладило ее тело, невдалеке вечным прибоем шумело Черное море, впереди было еще две недели отпуска – в общем, жизнь была прекрасна и удивительна.

– Оль, тебе крем надо? А то сгоришь ведь.