Молот Времени: Право Сильного

Надо полагать, члены какой-то молодежной банды, которых здесь хватает. Скоростью преследователи уступали полуэльфу, но погоню не бросали, бежали деловито и целеустремленно, словно стая гиен, способных хоть сутки напролет гнаться по пустыне за добычей.

Узнаю старый добрый Вальгеро...

— Принимайте команду, мэтр магистр, — сказал я Гаэлариху. — Разместите людей и возы во-о-о-н там, в прирыночной гостинице. Мест в ней всегда хватает, и ненужные вопросы ни у кого не возникают.

— А вы?

— Заверну в один знакомый кабачок, знаменитый на всю округу своим красным эрладийским.

Взгляд, которым одарил меня маг, лучше любых слов передал мнение Гаэлариха о людях, напивающихся среди бела дня в ущерб своим обязанностям... И я поспешил добавить:

— Найму там еще нескольких бойцов. А вы, чтобы не терять времени, после гостиницы отправляйтесь к магу Т΄манну за его секретным эликсиром. А потом встретимся, и я хотел бы — с вашей помощью, естественно, — переговорить с епископом.

— Я бы предпочел сходить за эликсиром в вашем обществе, Хигарт.

— Хорошо, сходим... — Ломать голову касательно причин такого желания мэтра магистра я не стал. — Тогда подождите меня, через час вернусь, вербовка здесь дело недолгое.

Однако вербовка вербовкой, но промочить глотку после шестидневного перехода через пустыню — дело святое и угодное Пресветлому Сеггеру...

Едва переступив порог таверны «Веселая каракатица», я увидел за стойкой старого своего знакомца.

— Привет, Калларье! Никак я буду у тебя сегодня первым посетителем? 

— Рад тебя видеть, Хигарт, — меланхолично ответил Калларье.

Сколько его помню, Калларье всегда жалуется на судьбу и на убыточность своей коммерции. Что не мешает ему считаться одним из самых зажиточных людей в Вальгеро. Давно известно: охотники за фортуной, даже самые удачливые, редко заканчивают свои дни в достатке. В отличие от тех, кто снабжает их выпивкой и услугами жриц любви... Калларье умудрился совместить обе эти стези: в молодости изрядно покуролесил, гоняясь за птицей счастья, а в зрелости женился, остепенился, завел доходное дело, преизрядно растолстел.

— А давай-ка начнем с бутыли твоего знаменитого эрладийского красного, — жизнерадостно заявил я. — Веришь ли, даже в столице вспоминал его вкус!

— Нет его... — понуро сказал Калларье.

— Не повезло...