Молот Времени: Право Сильного

И в какой-то момент казалось: победа близка! То там, то тут в строю возникали прорехи, разрывы, вот-вот мятежники не выдержат, не устоят под градом оперенной смерти, свистящей им в лицо, — и побегут, сминая собственных пращников.

Тщетные надежды. Новые бойцы подхватывали щиты, упавшие на землю из рук их раненых сотоварищей, и строй немедленно смыкался, заполняя разрывы.

Хуже того: развернутый фронт пулы был по меньшей мере втрое <У>же вражеского построения, и фланговые отряды мятежников продолжили движение, слегка изменив его направление, — так, что королевские конники оказались в центре все круче изгибавшейся дуги.

Подходившие с флангов косиньеры перешли на бег, не теряя строя. Пращники за их спинами выходили на дистанцию поражения. Йухабб зей, что же медлят ротные командиры?!

Новый сигнал горнов возвестил ретираду... Конные роты отступили в полном порядке, но все же отступили. Первую схватку мы проиграли. Однако именно она определяла дальнейший ход сражения.

Полный разгром и гибель нам пока не грозили.

Все же подавляющее преимущество в скорости оставалось за конницей...

Более того, продолжая прежнюю тактику: обстрел, отступление, снова обстрел, снова отступление, — конная пула могла бы измотать противника и нанести ему изрядные потери. При удаче — могла бы заставить сильно растянуть построения, обойти фланг, вырубить беззащитных пращников...

Могла бы — но не сможет. Нечем. У каждого лучника взят в поход большой колчан, так называемой двойной.

Шестьдесят стрел. Пять минут непрерывного обстрела. А в обозе должен лежать как минимум еще шестикратный запас, согласно походному артикулу легкой кавалерии...

Но не лежит. Возы, помимо провианта и фуража, загружены грудами веревок, и колодками, и ножными кандалами, и бичами из шкуры грязеруха, и цепями с ошейниками, и еще столь же полезными и необходимыми на войне предметами... В том числе большой разобранной клеткой — в ней надлежало доставить в столицу главарей мятежа.

Так и хотелось запихать в ту клетку благородного сайэра Удиго-ар-Виеналя, и повесить ему на шею колодку, и хлестать бичом, — зачитывая при этом вслух статьи походного артикула, касающиеся снабжения и обеспечения войск...

Оставалось выбирать между бесславной гибелью и не менее бесславным бегством. Но ни первый, ни второй вариант меня не устраивал... С первым все понятно. А второй... В конце концов, не меня, а Удиго отправили подавлять и усмирять.