Небесные Колокольцы

Начищенная до блеска вывеска у входа гласила:

Государственная комиссия по обеспечению правопорядка и надзору за отдельными категориями граждан.

Иначе как "инквизицией" эту контору никто, конечно же, не называл.

Владислав взбежал по ступенькам, открыл тяжелую дверь. В ноздри ударил характерный неистребимый запах казенного дома - пыль, краска, столовские ароматы. В вестибюле два маляра усердно перекрашивали грязно-розовую стену в грязно-желтый цвет. Под ногами шелестели газеты. Сердитая дама в серой униформе почти столкнулась с Владиславом и буркнула:

- Развели тут! Второй раз за год красят!

То ли пожаловалась, то ли его обвинила.

Дежурный - пожилой тяжелолицый дядька с лейтенантскими погонами окликнул Владислава, уже направившегося к лестнице:

- Гражданин, вы к кому?

- Мне бы старшего уполномоченного повидать.

- Вызывали? Пропуск заказывали? - сурово спросил лейтенант.

- Не вызывали. Не заказывали. Вы позвоните ему и скажите, что Воронцов Владислав Германович принять просит.

Дежурный хотел что-то сказать, но Владислав, теряя терпение, глянул, и лейтенант замолк, подобрался, моментально взялся за трубку телефона и заговорил, не выпуская посетителя из вида.

Все же чутье у инквизиторов замечательное, думал Владислав, спокойно встречая взгляд карих навыкате глаз дежурного.Тяжелолицый был не из знающих, но отреагировал быстро и фиксировал грамотно. В глаза не глядел, уставился в точку на лбу, а правую руку держал под столешницей, наверняка, на тревожной кнопке.

Впрочем, напряженность быстро исчезла. Положив трубку, дежурный доброжелательно кивнул:

- Проходите, гражданин. Вас ждут. Пропуск на обратном пути оформите. Вы осторожно, там краска, правую стенку не заденьте.

Свежепокрашенная стена оказалась левой, но на лестнице вся суета заканчивалась, коридор встретил его строгой тишиной и покоем. Стены цвета охры,тяжелые двери, фикус в кадке, отеческие взгляды с портретов, развешанных вдоль всего маршрута.

***

Старший уполномоченный синегорской комиссии по обеспечению порядка выглядел совершеннейшим мужиком, взгляд имел простоватый, и обладал редким сочетанием имени и отчества - Марк Тойвович. К тому же носил совершенно неподходящую для инквизитора фамилию Ворожея.