Небесные Колокольцы

То ли она получала наслаждение от чужой боли, то ли просто руки кривые были, но укол в ее исполнении превращался в настоящую пытку, - Вы меня в дом-то пустите, гражданин, что через порог разговаривать?

- Вы здоровы? - заботливо осведомился Владислав, - Вы зачем людей в восемь утра в субботу поднимаете?

- А у меня суббота рабочая! - оскорбилась тетка, - тоже мне, не встать им!

- До свидания, - Владислав опять попытался избавиться от наваждения, но тетка не двигалась с места.

- Так что, не будем страховаться? - тупо переспросила она.

- Именно! - торжественно воскликнул невыспавшийся и не желавший ее благодеяний хозяин квартиры, - позвольте вон.

Тетка сощурилась и уперла руки в боки.

- А когда квартира сгорит, кто виноват будет? Я, что ли? Вот не хотят страховаться, а потом...

Она осеклась. Гневный монолог прервался. Тетка заморгала, виновато отодвинула ногу, не сводя глаз с Владислава.

В щель на нее смотрел очень спокойный серый глаз. Глаз начал увеличиваться, тетка почувствовала, как зазвенело в висках, по щекам потекли капельки пота.

- Пшла вон. Или до конца дней по городу кругами бродить будешь. - тихо сказал Владислав и захлопнул, наконец, дверь

.Настала тишина. Правда, ненадолго.Отойдя на несколько шагов от квартиры, тетка осмелела и до Владислава донеслось, что "эти" совсем обнаглели, нормальному человеку житья нет, инквизиции на них нет, ничего вообще нет, она одна пашет, за всех радеет, а где благодарность? Высказав все это в воздух, тетка бодро ломанулась трезвонить в следующую квартиру.

Вскоре лестница огласилась гневными воплями страховой агентши и потревоженной соседки, горластой бабы с автозаправки. Весело стало всему дому.

Можно было закрыть двери поплотнее, сунуть голову под подушку, да и постараться урвать-таки два часа сна. Но окаянная агентша сон прогнала, хотя и бодрости не было. Владислав вздохнул и отправился в ванную. Оперся на раковину. Вздохнул.

Хорошее имя - Владислав Воронцов! Хоть на афише пиши. И полагается оно какому-нибудь лихому красавцу-киногерою.

Из зеркала усмехнулся не юный уже господин... или гражданин? или как полагается теперь говорить? - с лицом, про которое пишут "особых примет не имеет". Впрочем, его эта безликость устраивала. Провел рукой по подбородку.

Бриться. Иначе утро начинать нельзя.

Холодная вода немного привела в чувство, но для того, чтоб стать человеком, не хватало чашки крепкого черного чая. Кофе Владислав пил редко, чай ему нравился куда больше да и бодрил гораздо сильнее и мягче.