Небесные Колокольцы

Но это вариант самый крайний. Однако, в любом случае, сюда нагрянут спецгруппы центрального аппарата инквизиции, и Ворожея будет наблюдать, как столичные дознаватели асфальтовым катком прокатываются по его городу, с жителями которого он годами выстраивал отношения. А ведь еще обязательно всплывет история с Денисом, тоскливо подумал Воронцов, а когда узнают, что я у него в наставниках... Как ни крути, картина получалась тоскливая.

- От меня ты чегохочешь, Марк Тойвович? - вздохнул Воронцов, кладя недоеденный эклер на тарелку.

- Сможем мы сами супостата этого скрутить? - напрямую спросил Ворожея.

Воронцов помолчал, хотя думал об этом  с самого начала. Ответил честно:

- Не знаю. Плохо, что мы понятия не имеем, что ему тут потребовалось.

- Узнать можем? - Ворожея снова был деловит и собран. Решение принято, можно заниматься конкретными делами, составлять план мероприятий, жизнь продолжается.

- Черт его знает. Попробуем, - пожал плечами Владислав, - Не так уж много артефактов на белом свете, ради которых так всполошится сидхур.

И штука эта где-то здесь. А потому - подними-ка ты свои архивы, и посмотри за период, начиная годов с двадцатых, все, что так или иначе проходило по твоему ведомству крупного, но завершения не получило. А также дела странные, выпадающие из общего ряда. А я тоже посмотрю. По своим каналам.

Ворожея сделал вид, что не заметил последней фразы, записал что-то в блокнот, ткнул карандашом в сторону собеседника:

- Надо будет еще поднять с утра милицию, пусть прочесывают город, только тихо, на предмет пропавших людей, трупов.

А может, откуда и сигнал поступил.

- Тоже правильно, - кивнул Владислав, -  особое внимание бомжам, бичам, пусть в развалинах, что с войны остались, да у порта пошарят. Ну, тут не мне тебя учить.

Ворожея смотрел очень внимательно. 

- А может как раз тебе, а? - проговорил он после недолгой паузы, -  Учить то? Может, еще что скажешь?

Владислав поднялся, оперся о край стола обеими руками и, наклонившись близко к лицу Ворожеи, очень тихо сказал: 

- Поверь, ты не хочешь обо мне знать больше того, что уже знаешь.

Не надо тебе этого. Но я тебе не враг. В это тоже поверь.

- Придется, Владислав Германович, выбора у меня нет, - так же тихо ответил Ворожея. Владислав резко оттолкнулся от стола и уселся на место. Чай остыл. Пирожные лежали в желудке тяжелым комом.

- Откуда эклеры-то взяли? - спросил Воронцов.

- От верблюда, - огрызнулся Ворожея, - буфетную взломали.