НОЧИ И ДНИ АСТЕРБОРНА

Дворяне и Хранители Веры как обычно объявили, что за этим стоят чернокнижники, тут тоже ничего особенного, они всегда так говорят. Что здесь было особенного, так это то, что к восставшим крестьянам присоединилось несколько тысяч наёмных солдат.

- Тоже крестьян, в не столь уж далёком прошлом, - вставила Валерия.

- Да, полагаю это и была основная причина. После этого, восстание уже приобрело черты настоящей войны, тем более, что вчерашние крестьяне также начали учиться военному делу. Их возглавил некий Симон, умный и сильный лидер.

По достаточно понятным причинам, он не жаловал дворян и по непонятным - люто ненавидел Святую Церковь. Так, или иначе, воевать он умел хорошо. Дважды они разбивали в пух и прах королевские войска, а затем востание всё же разгромили.

- Но не Симона, - добавила Валерия.

- Но не Симона. Тот продолжил войну, хотя она стала по сути партизанской. И надо сказать, добился в этом немалых успехов. Аристократы не чувствовали себя в безопасности даже в собственных постелях. Аристократы, церковники и хранители, - Себастьян остановился передохнуть, сделав глоток из чашки с кофе, а затем продолжил, - А потом всё прекратилось.

Хранители Веры и аристократы были уверены, что Симон погиб, или движение распалось под грузом внутренних противоречий, но они ошибались. Симон довольно скоро вернулся, причём стал куда опаснее, чем был. Он возобновил свою тайную войну против аристократов и церкви, только теперь его бойцы стали действовать эффективнее. Настолько, что поговаривали, дело не обходится без чёрного колдовства.

- Так всегда говорят, - пожал плечами Бойд, - И что же?

- Последователей Симона становилось всё больше, они уже начали держать в страхе целые города и даже провинции, тогда же они и начали убивать уже не только за идею, но и за деньги, работать на тех, кто был готов платить. Всё чаще они скатывались к обычному криминалу. Контрабанда, грабежи, вымогательства, первоначальные идеи уже были практически забыты. Симон пытался с этим бороться и дело кончилось тем, что его свои же выдали Хранителям, после чего он разумеется был четвертован  перед толпой народа.

- Что потом?

- Потом...потом тех, кто выдал Симона начали находить убитыми. Не помогали ни охрана, ни высокие стены, или хитроумные ловушки. Когда ни одного ни осталось в живых, взялись за бывших соратников Симона. Сперва им пришли письма с предупреждениями. Отправители обвиняли их в том, что они предали идею Симона и превратились в тех, с кем когда-то боролись.