Персональный Рикудо Сеннин

Но противник спокойно заблокировал лезвие крепко сжав обеими руками распечатанный в последний миг короткий, но очень широкий и, как ни странно, лёгкий тесак — своё любимое оружие, почти такое же несуразное, как сам Хаширама. Ранение в плечо ничуть ему не мешало. От этого ранения, по сути, уже почти ничего не осталось, кроме выпавшего из раны куная и дыры в одежде.

Невероятная регенерация Хаширамы сама по себе не была так уж опасна. В конце концов, отсечение головы не пережить даже ему, но о том, чтобы измотать Сенджу мелкими ранениями было нечего думать, как и о том, чтобы избить его голыми руками.

Сам Мадара не разделял рукопашный бой и бой с оружием. В его понимании одно так или иначе подразумевало другое, но в традиционном безоружном бою Хаширама был практически неуязвим. Разве что противнику повезло бы лишить его конечностей, вырвать сердце или расколоть череп Сенджу одним ударом. В любых иных случаях регенерация справлялась с повреждениями. Даже Хьюга с их крушащим чакросистему стилем ничего не могли ему сделать. Хорошо что у Мадары было чем рубить оппонента: кама из чакропроводящего металла и верный гунбай проводящий фуутон.

Именно им, придав изначально плоскому ребру орудия острую воздушную режущую кромку, Учиха, с небольшой задержкой после атаки камой, ударил под углом сверху вниз. Второй удар был значительно слабее первого, так как почти вся энергия прыжка ушла туда, но момент для него был подобран идеально. Хаширама не мог ни полностью уклониться, ни заблокировать, но всё же умудрился спасти свою шею и жизнь, в последний момент резко сместив корпус влево и выпустив из рук, сошедшийся в клинче с камой Мадары, меч параллельно складывая печать змеи.

Гунбай ударил в предплечье, отсекая руку и оставляя глубокую рану ниже подмышки, не прорубив ребро. Но несмотря на потерю конечности, Сенджу всё же успел завершить дзюцу. Тонкий древесный шип ударил Учиха в живот и вышел со спины.

- Я победил, - довольно просипел Хаширама, позволив себе расслабиться, упасть на колени... и потерять голову.

- Или тебе так кажется, - без особой радости в голосе, заметил стоящий у него за спиной Мадара, отворачиваясь от тела друга и болезненно потирая ослепший глаз, что словно горел в огне.

Глава 2. Зато было весело...

— Запомни, Изуми! Твой батя просто мировой мужик! — громко заявил красноволосый гигант приобнимающий отца девочки за шею.

— Хватт уже! Зае… кха, — покосился на дочь, — надъел! — отозвался тот невнятно, но с заметным раздражением.