Новый Рубеж

Откуда-то из недр его души поднималась примитивная радость дикаря, и это слегка испугало его. Дичает, помаленьку. А ведь времени то прошло, всего ничего.***Антон уселся на лавке, довольно грубо, но прочно сколоченной им из ствола спиленной недавно березы. С момента его странного переноса прошла неделя. Долгая, трудная неделя. Быт на этом клочке земли постепенно налаживался, хотя назвать его простым язык бы не повернулся. С утра до ночи, Антон попеременно занимался обустройством и укреплением участка, охотой и исследованием ближайшего окружения, а также великим множеством возникавших время от времени житейских трудностей.

Кроме этого, он несколько раз поднимался на башню замка, безуспешно обследуя округу. Сейчас, сруб мало чем напоминал жилое строение. Скорее, гнездо какой то мифической твари. Найдя по ту сторону холма целую поляну высокого колючего кустарника, Антон убил немало времени, собирая местный сухостой и выкапывая молодые растения для пересадки. Ныне стены сруба вдоль всего периметра были любовно опутаны этими колючками, делая любую попытку таранить стены не слишком приятной. Впрочем, Антон точно не был уверен, что это остановит фурий, как он решил назвать напавших на него неделю назад монстров. Они, к слову, совершенно о себе не напоминали. Ночи были светлые, две луны, словно глаза неведомого высшего создания, несли свою неустанную вахту. Все было настолько тихо и мирно, насколько вообще могло, в этой дикой местности. В глубине души Антон надеялся что мрак, под покровом которого явились монстры, больше не нагрянет, но тем не менее, каждый вечер, караулил около крыльца, наблюдая за небом. Тьма нагрянула так же неожиданно, как и в первый раз. Казалось, еще несколько секунд назад все шло как обычно, и тут, откуда-то со стороны заката, словно налетело огромное черное облако, покрывая все вокруг непроглядным мраком. Быстро осознав всю опасность своего положения, Антон рванулся к двери и, забежав в дом, закрыл многочисленные задвижки. Ночка предстояла непростая. Проверив, открыт ли люк в погреб, Антон подошел к смотровому окошку, и выглянул наружу, во тьму. Глаза медленно привыкали к темноте, и теперь этот непроглядный мрак представлял собой, скорее, набор более и менее темных пятен. Где то вдали раздались уже знакомые звуки. То самое мерзкое, пробирающее до костей царапанье пенопластом о стекло. Не желая даже видеть этих мерзких монстров, Антон спрыгнул в подвал, и заперся на уже спасшую его однажды стальную задвижку, очищенную за эти дни от ржавчины.