Новый Рубеж

На самом деле, мы наверняка сможем выжить и без барьера, но эта местность, даже с твоих слов, отличается непредсказуемостью. Погибнут многие дети, женщины, и старики, а мне сейчас важна каждая жизнь моего народа, понимаешь? Даже сейчас, я уже предвижу возникновение множества проблем, быстрого решения которым не нахожу. -И что же нужно сделать? Ну, что бы утрясти все формальности. – Антон наконец решился, и посмотрел прямо в усталые глаза дворфа. Тот обрадовано улыбнулся и, кажется, облегченно выдохнул.-Точно не знаю, Антон.

Если процедура похожа на ту, что была у нашего символа власти, то я должен присягнуть тебе, после чего что-то произойдет, что подтвердит принесенную клятву. А дальше будем уже думать по ситуации.-А что, - Антон неопределенно взмахнул все еще слабой рукой, - никаких публичных церемоний не полагается? Все таки, народ должен быть согласен с происходящим.-Как будто у народа есть выбор. Ладно, приступим.Норг встал с табурета, и легонько толкнув его к стене, встал на одно колено. Антон не ожидал, что тот решит вот так, с места сорваться в галоп, но останавливать его не стал. Слишком уж отчаянно выглядел дворф.-Я, Норг, сын Шурга, прирожденный из города Хродвирг, великий старейшина народа нашего, верховный чародей Хродвиргской гильдии и по праву крови наследник престола, клянусь в преданности сему человеку, во имя спасения народа Туманных Холмов и нашего грядущего возрождения. Да разгневаются на меня боги, если нарушу я свою клятву, и да сотрут они меня, словно мельничные жернова пшеничный колос, обращая в невесомую пыль. Я буду следовать за Андреем, сыном мира иного, пока он сам не позволит мне оставить сей путь, и да будет так.Антон, взиравший на происходящее как на своеобразное театральное представление, не сразу заметил что браслет, до того мирно покоившийся на руке, начал мерцать. Словно  искры голубого пламени, небольшие огоньки появлялись на трех символах, и тут же гасли, в каком то замысловатом танце. Прекративший свой речитатив Норг заворожено смотрел на проснувшуюся магию. Андрею стало страшновато. Ну конечно, это ведь не у дворфа на руке сейчас резвился непонятный огонь. Три язычка пламени слились в один, и рванулись к дворфу. Тот рефлекторно отшатнулся, закрывая лицо рукой, но это не помогло. Пламя впилось в его выставленную вперед руку, и Норг вскрикнул от боли. Огонь мгновенно угас. А по темной коже дворфа начали расползаться подозрительно знакомые черные линии, с многочисленными завитушками.