Рассветный клинок

После долгих войн и боев за эту планету, империя наконец-то объявила Таркану заповедной зоной и давала допуск любому желающему авантюристу, кто захотел бы  вдруг попытать своего счастья в изыскательской экспедиции, лишь бы  оплатил взнос в одну тысячу кредитов. А, чтобы ни у кого не было сомнений, то Церкана подвесила над ней четыре орбитальные крепости, правда седьмого поколения, которые были списаны с охраны центральных миров, но не ставших от этого менее грозными.

Такие крепости империя вообще никому не продавала и ни у одного государства не было таких оборонительных сооружений.

Вот они и следили за порядком на этой планете. Любой разумный, заплативший взнос мог беспрепятственно копаться здесь, но только с одним условием. Все нашедшие древние артефакты Айдосов должны неукоснительно сдаваться в крепости, где они оценятся и за них будут выплачены кредиты. Разбитые корабли, остовы и другое устаревшее оружие церконцев не интересовали. За время боев здесь образовалось несколько слоев побитых кораблей, давно уже занесенных песком пустыни и сейчас считающими одной из статей дохода различных фирм и компаний или даже одиночек.

А нашим хозяином был чистокровный  церконец, которому выдали лицензию на раскопки, другим в этих местах запретили копаться. Поэтому тот и заинтересовался мной, обнаружив ручным сканером мой высокий интеллект. Он хотел сделать из меня инженера, для ремонта всего новейшего оборудования, что привез из империи. Нанять инженера из столицы империи, для обслуживания всей современной техники стоило огромных денег, других инженеров, не имеющих гражданства Церкона по строгой инструкции нельзя допускать к технологиям десятого поколения, а рабу ничего не надо платить.

Единственное, только поставить нейросеть и закачать соответствующие базы.

После слов Крома о десятом поколении и инструкции по допуску у меня моментально возникли подозрения, но я их не стал даже озвучивать. Впоследствии в разговоре с Румадом, высоким, худощавым разумным, человеком его назвать можно с трудом, скорее всего похожим на  инсектоида с двумя фасеточными глазами на лице  и вместо носа треугольным провалом, в остальном у него было все человеческое, две руки и две ноги, я укрепился в мысли, что меня просто так не освободят из рабства, а по истечении контракта я просто исчезну или со мной произойдет несчастный случай.

Впрочем, в короткой беседе с церконцем у меня просто не было никакого выбора.