Рассветный клинок

Прикинул, по здешним меркам, расстояние между городами, как минимум составляют от пятидесяти до двухсот километров. Если логически мыслить, этот рабский караван движется со скоростью черепахи и проходит за день не более сорока километров. За трое суток мы удалились от Долгора на сто пятьдесят-двести километров. Конечно мой ментальный зов не будет действовать, а значит на свою *армию* мне не приходится рассчитывать. Очень жаль!

Надо отсюда выбираться самостоятельно. Днем наш караван остановился в небольшой роще,  у ручья.

Место здесь было вытоптанное, видно караваны здесь постоянно устраивают биваки. Только теперь я увидел весь наш караван, когда они собрались все на одном пятачке, состоящий из десятка телег с большими клетками и охранной из пятнадцати  всадников. Среди всех телег выделялась одна роскошная арба, вся покрытая красным атласным шелком. Ага, понятно, апартаменты хозяина каравана.

В каждой клетке сидело не менее двадцати рабов. Умножить на десять телег, получается во всем караване везут не менее двухсот рабов.

Наверное мне повезло с клеткой, в других я насчитывал не двадцать, а гораздо больше голов. Когда телеги с рабами остановились, то возничий, их было по двое на одну телегу, вероятно они  одновременно были и работниками.

Каждый из них суетился и обслуживал свою клетку с рабами. Клетка представляла собой прямоугольник, пять на десять метров. В дальнем  углу располагалась дырка в полу. Похоже это было отхожее место и ничем не огороженное, это чувствовалось  по специфическому запаху, идущее из того угла.

Дырка была одна на всех, без разницы, женщин и мужчин. Правильно, кто с рабами будет церемониться и специально  отгораживать туалет.

Сами клетки были сделаны из очень крепкого дерева, местные назвали его *железным*. Тонкие и прочные жерди, сплошным частоколом опоясывали клетку, в просветах которых могла протиснутся разве что, детская рука. Сбоку каждой клетки наличествовал проем из досок, запирающийся на замок, через которые рабам подавали воду и еду.

Сейчас один из возничих, открыв боковую форточку подавал нам воду в чашках набранную из ручья, а другой убежал к общему костру, где повара готовили в котлах походную кашу. Я спросил у паренька, кстати его звали Дум, остальные, сидящие со мной в клетке не желали со мной даже общаться, равнодушно отворачивая голову, на задаваемые мной  вопросы.

Так что пришлось довольствоваться общением с этим деревенским пареньком.