КНИГА ДЕМОНА: Чернильные души

Большая Тайная Книга

Еду приносили трижды в день, всегда в одно и то же время. Кормили вкусно, всё время по-разному; некоторые блюда ни Далька, ни Тильт сроду не видали, но не было ничего такого, что бы им не понравилось. Три новые метки появились на диске часов - метки, оставленные углем. Стоило стрелке подойти к одной из них, и пленники, бросив всё, мчались в трапезную комнату. Мчались не потому, что сильно проголодались, а потому, что хотели видеть, как открывается постоянно запертая дверь, и в богатую семикомнатную темницу входят гости.

Гости были одни и те же: два здоровенных траллана и хлипкий маскаланец с птичьими повадками, но Тильт и Далька не теряли надежды, что когда-нибудь их жилище посетит кто-то более интересный и разговорчивый. Добиться чего-то толкового от варваров и желтокожего слуги они не могли. Да и не очень-то пытались: тралланы на любое обращенное к ним слово грозно скалились и бряцали оружием, а похожий на воробья маскаланец, кажется, был глух и лишен языка.

Тем не менее, даже эти визиты вносили некоторое разнообразие в тихую жизнь богатой тюрьмы. Как-то набравшийся смелости Далька попытался подойти к приоткрытой двери, но тралланы, стоявшие до этого недвижно, словно чучела, так страшно и быстро двинулись на него, что он отскочил и заругался. С того дня у Дальки появилась забава - он пытался как можно ближе подкрасться к выходу, прежде, чем тралланы оживут и отгонят его.

Игра эта продолжалась несколько дней подряд, и закончилась плохо: один из варваров, проявив поразительную проворность, успел-таки схватить узника. Он не причинил ему вреда, лишь помял немного ребра, да и то потому, что Далька отчаянно пытался вырваться. Наказание же последовало весьма своеобразное: траллан долго хрипел и фыркал, надувая щеки и держа перед собой извивающегося пленника, а потом наклонился и плюнул ему в лицо. Так плюнул, что у Дальки волосы намокли, и с подбородка закапало. Но этим траллан не ограничился. Выпустив Дальку, он подошел к столу, где уже стояли подносы с едой, отстранил маскаланца, сдернул салфетки и отметил плевком каждое блюдо.

Больше Далька с тралланами не заигрывал.

В тот день Тильт несколько раз порывался подшутить над притихшим товарищем: «Ты чего сегодня какой?.. Будто оплеванный...» - но понимал, что это слишком жестоко, и потому сдерживался.