Под красным именем

В нынешнем положении это было как раз кстати, так как позволяло обезвреживать людей, не рискуя случайно их прибить.

Правда, не все знали об этой особенности, отчего и не решались лезть в драку.

Сейнор отступил назад, чтобы встать на одной линии с Волгрейном. Оба вскинули оружие и приготовились к бою.

Команда Терона рассредоточилась и окружила двух воинов полукругом. Перевес был явно на их стороне, и ничего хорошего это не предвещало.

Вдруг раздался звук удара, и Терон удивлённо выпучил глаза. Красная полоса над его головой укоротилась ещё на 10%.

Заглянув ему за спину, Волгрейн довольно усмехнулся. Из-за спины Терона выглядывала невысокая девушка; её кинжал по самую рукоять погрузился в спину незадачливого привратника.

Позади неё скучковались остальные, один за другим вынимая оружие из ножен.

— Неплохой крит для такой разницы в уровнях. — На лице Сейнора тоже заиграла улыбка. — Волгрейн, попомнишь еще мои слова про даггерщиков.

Терон развернулся и отступил от девушки, смерив её недовольным взглядом:

— Как это понимать?!

— Тебе ведь было сказано — мы не твоя собственность! — С вызовом ответила девица.

— Постойте! — Вперёд выбежал парень с одноручным клинком. — У других ворот тоже удерживают людей. Пойдёмте поможем им!

Толпа одобрительно закивала. Мечник повернулся к Сейнору и Волгрейну:

— Вы с нами?

— Само собой! — Волгрейн не стал убирать двуручник, а просто закинул его на плечо и зашагал вперёд.

Всего из города было три выхода, и освобождение оставшихся двух не вызвало проблем. Завидя группу вооружённых людей с недобрыми взглядами, самопровозглашенные стражники предпочли отступить.

Толпа, теперь уже насчитывающая полсотни человек, поблагодарила Сейнора с Волгрейном за помощь и отправилась подыскивать себе места для прокачки.

***

— Итак... сделали доброе дело и нажили себе как минимум пятнадцать врагов. — Констатировал Сейнор, когда спустя несколько минут они вышагивали по улице в сторону площади.

— Надо было этих придурков прикончить... да разве мелочь заставишь такое сделать? — сокрушался Волгрейн. — У той ребятни руки тряслись, даже когда они включали ПВП-режим. Кто вообще такой этот Терон, что он о себе возомнил? Бесят меня такие!

— Не удивлюсь, если в жизни он активист какого-нибудь умственно-отсталого движения.