Жажда магии

Вот что, пошли нескольких всадников на грифонах, пусть разведают все, да только на глаза не попадаются и слишком близко к Зин Азшари не подлетают. Если правда то, что сказано в послании – им это не потребуется.

Глава 5

В громадном зале, стены которого оплетала сложная вязь рун, складывавшаяся в наиболее совершенную защиту из ныне существующих, раз за разом бросала заклинания высокая и красивая ночная эльфийка. Большинство жителей Королевства подтвердили бы, что не просто красивая, а самая прекрасная, подобная Богине, воплощение совершенства.

И наградили бы ее и другими эпитетами, впрочем, они и делали это при каждой встрече, а еще при беседах друг с другом. А если бы и появились сомнения, то они отбросили бы их, едва увидев ту мощь магии и смертоносную красоту заклинаний, что использовала королева. Ведь творимые ей чары были доступны едва ли десяти магам Королевства, но даже среди этих десяти ни один не мог сравниться с ней в магическом потенциале.

Тысячелетия развития, тысячелетия проведенные в тренировке использования заклинаний.

На данный момент Азшара являлась самым сильным магом Королевства и лишь в опыте сражений уступала остальным. Но зачем рисковать жизнью ей, когда на это существуют подданные, что ее боготворили?

Восхищение, могущество, богатство и роскошь. Уже долгие столетия как она была властительницей этого мира, и не было силы, что была бы ей помехой. Конечно, были в Азероте еще и драконы, но они не мешали ее планам, что же касается всех остальных рас – те были совершенно ничтожны в сравнении с силами, что держали в своих руках ночные эльфы.

Для всего Королевства такое положение вещей было благом и вершиной процветания, надеждой на завершение кровопролитного подъема наверх, манившей своей близостью. Они надеялись и верили, что пройдут еще несколько столетий и можно будет без всякого сомнения заявить – настало время ночных эльфов. Калдораи жаждали этого, но саму королеву такая перспектива не радовала, ведь жизнь постепенно теряла для нее смысл, а вершина, что была ей покорена, начинала все более тяготить.

Год за годом, столетие за столетием Азшара вынуждена была разбирать мелкие споры, отбивать неумелые интриги высокородных, выражать заботу в отношении существ слабых и безвольных. Иными словами делать все то, что нужно, дабы сохранить образ доброй королевы, любовно созданный тысячелетия назад. И быть будто в клетке, имея все, но не вольной в своих поступках. А ведь желала она совершенно иного.