Жажда магии

Зрения сколопендра на время лишена, слух теперь ничего не даст, интересно, снабдил ли мастер ее обонянием и чем-то иным? Впрочем, проверять это я не стал, вместо этого использовав телепорт. Перемещение на спину сколопендры, и мечи, напитанные всей доступной мне мощью, ударяют в шею. Точнее должны были ударить, вот только противник дернулся в последний момент, и только один меч проткнул панцирь сколопендры, второй и вовсе пронзил пустоту, а в следующий миг я потерял равновесие и полетел вниз. Использовать рывок не успел, так как удар сколопендры пришелся раньше, все что мне оставалось — это защититься мечом, после чего я полетел без всякой магии.

Приземление было отвратным, а пришедшие вдогонку иглы нисколько не прибавили мне настроения. Не имея возможности откатиться, я рефлекторно возвел «Щит ветра», и он с честью выдержал испытание. Вновь встаю, глядя на стремительно приближающегося врага и формируя новое плетение, самую обычную молнию, наполненную большей частью оставшейся у меня маны, но иногда даже самые простые заклинания могут дать невероятный результат.

Молния ударила не в сколопендру, она притянулась к мечу и по лезвию вошла в тело противника. Рывок в сторону оказался уже лишним, дымящийся голем рухнул, не добежав до места, где я только что стоял, нескольких шагов.

Осознав конец испытания, я тяжело опустился на пол тренировочного зала, повторно активируя исцеляющее плетение. Накатила усталость, вызванная магическим истощением и ранами, а еще я сомневался, что этот бой учитель оценит положительно.

К слову об учителе, он не заставил себя долго ждать, встал напротив и взял драматичную паузу. Злиться на него за столь дешевые трюки не хотелось. Если честно, не хотелось вообще ничего, лишь немного отдохнуть, ночь или две, только кто мне позволит?

— Что можно сказать, ученик… — учитель взял драматическую паузу, на которую я не обратил никакого внимания, — как же мне хотелось за время этого испытания тебя самолично придушить. О чем ты думал, олух. Ты совсем…

Говорил учитель долго, но за эти пятьдесят два года у меня, как, наверное, и у всех учеников Керантила, выработался иммунитет к его язвительным репликам, а потому я лишь краем сознания отмечал переходы от одной темы к другой, попутно накапливая энергию для завершения лечения.

— Ты хоть понимаешь, идиот, что в настоящем бою эта группа бы тебя уничтожила? — наконец задал вопрос учитель.

— Верно, учитель, но проблема не в том, что я чего-то не умею, проблема в отсутствии опыта.