Саги Арнира. Рождение героев

— Я привела ее, — сказала Кинара и ушла, напоследок как-то странно взглянув на Далмиру. Однорукий кивнул:

— Иди за мной.

Она вошла в шатер и, сбитая с ног, мигом оказалась на земле. Двое мужчин держали ее за руки, прижимая к полу.

— Не бойся, мы не убьем тебя, — сказал Оллок, подойдя к ярко горевшему очагу. — Будет немного больно...

Но от успокаивающих речей стало лишь страшнее. Далмира извивалась всем телом, стонала от усилия, но вырваться не могла. Расширившимися глазами она смотрела на спину ковырявшегося в костре Оллока.

— Теперь ты собственность Тормуна, — сказал однорукий и прижал клеймо к плечу девушки. Раскаленный металл зашипел, касаясь кожи, запахло паленым мясом. Крик Далмиры захлебнулся от проворно воткнутого в рот куска шкуры. Сжав его зубами, она давилась слезами, а клеймо на правой руке невыносимо горело и жгло.

Истязатели отпустили девушку, она схватилась за плечо, с болью и горечью разглядывая изуродовавший руку знак. Мужчины вышли, но Оллок остался с ней.

— Слушай меня, — произнес он медленным, усталым голосом. — Я буду тебя учить. Чем лучше будешь учиться, тем дольше проживешь. Мои приказы выполнять быстро и без раздумий. Я слышал, ты не всегда понимаешь, о чем тебе говорят, и это плохо. Сейчас ты понимаешь меня?

— Да-а-а, — простонала она, выплюнув изо рта кляп.

— Хорошо, — он говорил без запинки и четко, но безразлично, будто в сотый раз, повторяя заученные фразы. — Я научу тебя владеть разным оружием, двигаться, защищаться и нападать...

— Зачем мне это? — еле слышно прошептала девушка, но Оллок услышал ее.

— Чтобы сражаться во славу Тормуна, нашего... — он произнес слово, значение которого она не знала. — Если бы не он, ты была бы давно мертва, помни об этом! Теперь твоя жизнь принадлежит ему.

— Далмира.

— Нет! — он схватил рабыню за одежду и одним рывком приподнял над полом. — Забудь это имя! С сего дня ты — кусок мяса, не больше! Если выживешь после первого боя, станешь хартогом, и тогда сможешь взять себе любое имя... — он отпустил ее, и девушка кулем осела наземь.

— Подожди! — крикнула Далмира. Плечо горело огнем, и обида сменилась яростью.