Саги Арнира. Рождение героев

Множество бугристых черных стволов росли из иссиня-черного, округлого тела, похожего на голову, но безо рта и глаз, обтянутую морщинистой, местами пульсирующей кожей. Стволы тянулись параллельно земле, а верхние гибкие ветви извивались в воздухе, словно живые руки.

- Иди и поклонись Хозяину! - велел Кирм, и надел на шею юноши ожерелье из душно пахнущих трав. Шенн беспомощно оглянулся на Боррана. Сейчас он согласился бы на проигрыш в состязании, только бы не спускаться вниз, к черным извивающимся ветвям. Дозорный застыл, как изваяние.

- Иди! - недовольно повторил старейшина. Шенн сделал несколько шагов, и осыпающийся песок повлек его вниз. Сердце Шенна сжалось, когда качавшиеся на весу ветви, вблизи походившие на змеиные хвосты, потянулись к нему и, как отвратительные бескостные пальцы, ощупали с головы до ног. Один из отростков прикоснулся к лицу, оставляя на щеке холодный влажный след. Внутри ствола раздался глухой протяжный стон, и Шенн услышал голос старейшины:

- Возвращайся назад! Быстрее! Он принял тебя.

Шенн почувствовал жжение на щеке, там, где к нему прикоснулся Хозяин, но не осмелился поднять руку и стереть влажный след. Юноша с трудом взобрался на крутой, осыпающийся склон, и Борран протянул ему сухую крепкую ладонь:

- Держись, - сжал и одним махом вытащил наверх. Шенн тут же посмотрел на Кирма. Старик глядел на лицо Шенна, но не в глаза, а на щеку. Что там, с испугом подумал Шенн, но спросить старейшину не осмелился.

- След Хозяина, - улыбнувшись щербатым ртом, проговорил Кирм. Борран одобрительно кивнул. Щека болела все сильней, и Шенн едва сдерживался, чтобы не закричать от обжигающей боли. Он вновь посмотрел на Боррана и неуверенно поднял руку к лицу. Старейшина и охранник молчали. Шенн дотронулся до щеки и вместо нежной кожи почувствовал под пальцами твердый змеистый шрам. Схватившись за щеку, Шенн взвыл от боли и упал на колени. Из глаз потекли слезы, и юноша склонил голову, чтобы Борран и Кирм не видели этого.

- Он долго держался, - сказал старейшина. Шенн не понял, похвала это или нет. Борран наклонился и сунул Шенну кожаную флягу:

- Смочи. Будет легче.

Шенн схватил флягу, плеснул воды на ладонь и прижал к щеке. Стало, как будто, легче. Прохладная вода смягчила пульсирующий на щеке огонь. Он обильно смочил лицо, чтобы никто не увидел слез, и поднялся на ноги.

- Молодец, Зверь! - улыбнувшись, сказал Борран.

Шенн притаился на границе Леса.