Саги Арнира. Рождение героев

Но он, бывший боец, лижет Тормуну пятки, и за это мы ненавидим его!

Немой закивал, и зашевелил губами, подавая пальцами какие-то знаки, но Кинара не смотрела на него.

— Забудь свое имя, забудь, кто ты есть, — продолжала она, глядя прямо в глаза Далмире. — Ты собственность Тормуна, в его глазах ты ничем не лучше зверя.

— Но почему?

— Глупая! Потому, что на тебе его клеймо!

— Да нет же! Я не понимаю, почему Тормун взял именно меня? Для боя с чудовищем нужны воины, а не слабые женщины!

— Ты снова ничего не понимаешь! Тормуну не нужна победа над зверем! Ему все равно, кто умрет, а кто останется жить: зверь или человек.

Если подумать, мы ничем от зверя не отличаемся. Едим одно и то же, живем бок-о-бок. Для Тормуна главное — асиры, которые он соберет за представление. И чем дольше оно будет длиться, тем лучше... для него.

Немой энергично замычал, привлекая подругу, и быстро задвигал пальцами, подавая непонятные, но весьма красноречивые знаки. Кинара кивнула:

— Немой говорит тоже самое.

Думаешь, мы не могли прикончить эту тварь быстрее? Могли! Но существует правило Тормуна: в Круге нет места спешке! Те, кто его не выполняют, рискуют попадать в Круг до тех пор, пока не лишатся головы... Теперь поняла?

У Далмиры не было слов. Горечь связала язык, отравленным комом застряв в горле. То, о чем поведала Кинара, ужасно! Скитаясь по безлюдным краям с Шенном, она и представить не могла, что люди, к которым они так стремились, способны на такое!

— И еще, — черные, выразительные глаза бойца клещами держали Далмиру, не давая уйти.

— Немой сказал, что ты пыталась бежать... Мой тебе совет: не стоит. Клеймо на руке выдаст тебя везде. А охотники-хартоги все равно выследят тебя. От них никому не удавалось уйти.

— Что за охотники?

— Ты видела людей с сетями? Это они. Охотники добывают для Круга новых зверей. Они не носят клейма, и Тормун платит им большие деньги. Но, по сути, они рискуют так же, как мы. Только еще сильнее.

Ведь они должны взять зверя живым, и не покалечить!

Далмира горестно покачала головой:

— Значит, у меня нет другого выхода... Только сражаться...

— Есть один выход, — Кинара достала из-за пояса кинжал и протянула новенькой. — Убей себя прямо сейчас.

Далмира смотрела на отблеск огня, игравший на остром лезвии, и молчала. Этого сделать она не могла.

— Это тоже жизнь, — чуть смягчившимся тоном сказала Кинара.