Саги Арнира. Рождение героев

Что странные узоры на стенах и столбах называются письменами, которые могут говорить...

Шенн слушал наставника, и перед глазами открывался иной мир, дивный и прекрасный, но отчего-то исчезнувший с лица земли. От неторопливой, размеренной речи Ольфа оживали картины на стенах, и Шенн видел многолюдные улицы, людей в удивительных ярких одеждах, могучих животных, везущих повозки с грузом, и цветущие, покрытые зеленью холмы там, где теперь простиралась дрожащая в жарком мареве пустыня...

Тоска по оставленному дому и потерянной красноволосой спутнице отступила вглубь души, оттесняемая новыми впечатлениями и удивительными знаниями.

Ольф был настоящим кладезем познаний, и Шенн был готов слушать его вечно. Юноша внимательно наблюдал, как старик смешивает перетертые травы, листья и коренья, получая чудотворные мази и составы, дающие необычайную силу или помогающие видеть в темноте. Взяв кусок угля в руку, Шенн терпеливо, с интересом копировал надписи на стенах и даже пробовал рисовать. Он учился с жадностью и охотой, и чувствовал, что старик доволен им.

Когда Шенн смог свободно изъясняться на языке арнов — так Ольф назвал язык, которому юношу учила Далмира — он спросил: есть ли где-нибудь места, подобные этому, но только живые, города, где живут хорошие люди, такие как Ольф или Далмира?

— В нескольких дневных переходах отсюда протекает великая река. Арны называют ее Кхин, а эти земли — Кхинор. За рекой лежит Арнир — великая страна арнов, наследников Древних.

— Кто такие арны? — живо спросил Шенн.

— Они такие, как Далмира?

— Судя по твоим рассказам о ней, да, — ответил Ольф. — Они светлолицые, темноволосые, как ты, но с темными глазами. В Арнире много городов и селений, это огромная страна. Там много прекрасного.

— Почему же ты не живешь там? — удивился юноша.

— Потому что я не арн, и нечего мне там делать, — резко ответил старик, и впервые Шенн почувствовал в его словах... Нет, то была не злость, а скорее печаль или отчаяние.

— Я знаю, ты хочешь увидеть мир, ты хочешь к людям. Теперь ты знаешь язык, знаешь, как выжить в пустыне. Ты можешь уйти, когда захочешь, я не держу тебя.

— Я не уйду от тебя, мастер, пока не отдам свой долг. И еще... я хочу научиться у тебя всему, что ты знаешь, научиться магии письмен и чародейству!

— Для чего тебе это? — строго спросил старик. Его глаза вонзились в юношу, словно пытаясь разглядеть что-то внутри, и Шенну стало не по себе.