Призрачная нога

 

            

***

     Когда со сборами было покончено, Смолл уселся читать. Флора молча наблюдала за тем, как меняется его лицо. Когда герои книги попадали в беду, парень хмурился, но в его глазах загорался интерес. Если же случалась любовная сцена, он всячески старался не показывать никаких эмоций. 

      Наконец протрубили в рог, оповещающий о восходе солнца. 

    Смолл тут же вскочил, надел рюкзак, попутно запихнув в него книгу, и побежал по лестнице вниз.

Принцесса направилась следом. Марта стояла у открытой двери и махала Артуру. Обернувшись к Флоре, она на мгновение поджала пухлые губы, но тут же заставила себя улыбнуться.

    ― Вы уж простите моего мужа, у него работа, а после он должен забрать Монти, ― сказала Марта.

    ― Ничего страшного, ― улыбнулась Флора. ― Если Генри с Мауром придут… ― она запнулась.

    ― Мы скажем, что вы отправились домой, ― пообещала Марта.

    Флора смотрела на эту добрую женщину и едва сдерживала слезы. Она никогда не видела свою мать, та умерла, когда ей было два года, но принцессе казалось, что ее мать должна была быть такой же красивой, ласковой и заботливой, как Марта. Марта приютила ее, накормила, одела, а чем Флора ей отплатит? Уведет с собой ее старшего сына? Давящая боль в груди не давала покоя. 

    «Ведь она даже не знает, что завтра не увидит Смолла, ― сокрушалась Флора.

Она представляла, как спускается туман и представляла, как Марта обеспокоено бегает по дому, как кричит на Артура, как зовет Смолла. ― Не хватит же ей глупости броситься ночью на его поиски. Смолл написал записку, но найдет ли она ее?».

    Смолл не мог смотреть на мать, у него щипали глаза. Он думал, что покинуть родной дом будет проще. Собираешь вещи и в путь… дел-то. Но связь с семьей оказалась куда крепче. За годы, что он жил с семьей их сердца ― особенно его и матери ― соединились толстой незримой нитью.

И пусть Смолл сейчас был все еще дома, рядом с Мартой, его сердце предчувствовало разлуку, и незримые нити натягивались, причиняя Смоллу боль.

    ― Смолл, ― глухо позвала Марта.

    Он поднял лицо, и в тот же миг Марта бросилась ему на шею и разрыдалась.

    ― Пообещай, что напишешь письмо сразу, как только доберешься до Древа, ― потребовала она, красная, вся в слезах.