Призрачная нога

Пол, как кусок льдины посреди безбрежного океана, пытался уйти из-под ног. Смолл глянул на безмятежное лицо принцессы и крепко сжал пальцы в кулак. Ему показалось, что она усмехается над ним. 

    Он снова сосредоточился на сосуде с синей жидкостью

    «Яд травяного метателя, ― подумал он, ― только бы я был прав».

    Он отпил треть синего флакона, закрыл пробкой, содрогнулся и рухнул на колени от боли. Ноги начало сводить.  Стук сердца превращался в дробь. Все тяжелее было вдыхать воздух.

По жилам словно растекался раскаленный чугун. Яд травяного метателя заглушал действие любого другого токсина, но убивал в течение пяти минут. 

    У Смолла из рук выпали оба флакона, и он стал искать их наощупь. Зрение покидало его. Вот он схватился за ножку кровати, вот вырвал половицу, вот стиснул что-то жесткое и с лапами ― жук! ― и в отчаянии бацнул по полу.

    ― Где же вы? ― взмолился он. ― Я не хочу умирать так бессмысленно.

    Он не переставал наощупь продвигаться по полу и, наконец, нашел флаконы, гладкие и холодные.

Перед невидящим Смоллом теперь стоял выбор: зеленая жидкость и мгновенное восстановление или же синяя жидкость и мучительная смерть. Он снял обе пробки и поднес флаконы к носу. Бесполезно! Яд травяного метателя пах гнилой травой, а приготовленный антидот ― мочой. Но для парня все источало совершенно одинаковый пустой аромат. Его органы чувств отказали.

    «Пятьдесят процентов успеха недостаточно», ― так посчитал Смолл и залпом влил себе в рот содержимое обоих флаконов.

Он мог только надеяться, что антидот перебьет действие яда.

    И он оказался прав. Зрение мигом прояснилось, и уже через пару минут Смолл смог подняться на ноги. Голова еще кружилась, но парню все было нипочем, ведь он остался жив.

    Тем временем весь Метеоритный лес заволокло непроницаемым, как стена, туманом. Темноту на чердаке развеивала лишь небольшая банка со светящимися жуками. Они наивно бились в непреодолимые для них стенки стеклянной тюрьмы.

Стены дома, прикрепленного к сосне, скрипели. Внизу громко храпела тетушка Балгани. 

    Смолл засомневался в своих подозрениях. Он снял сапоги и босиком на цыпочках принялся расхаживать по чердаку. Он искал, но не знал, что именно. Кроме старой пыльной тумбочки тут стояли разве что две дряхлые кровати, пустой шкаф и ведро с мутной водой. По сравнению с чердаком старухи чердак Смолла был дворцом.