Вторая модель

Но Крамер отрицательно покачал головой.

– Нет, дело тут не в тебе. Просто я никак не ожидал чего-либо подобного. Не думал, что это окажется кто-то знакомый, человек, у которого я учился… Я ведь прекрасно помню его. Он был неповторимой, выдающейся личностью.

– Вот и прекрасно, – оживился Гросс. – По-моему, лучше и не придумаешь.

– Не вправе мы так поступать. Не вправе требовать его смерти!

– Идет война, – заметил Гросс, – а во время войны, как вы сами сказали, любые методы хороши. Тут уж не до отдельных личностей.

– Если до сих пор жив, – пробормотала Долорес.

– Выясним, – пообещал Гросс, прибавив скорости.

Остаток пути они проделали молча.

Долгое время оба стояли поодаль, внимательно изучая небольшой, увитый плющом деревянный дом, укрывшийся позади исполинского дуба. Казалось, крохотный городок погружен в дрему: мертвую тишину нарушал только шум автомобилей, время от времени неспешно проезжавших в отдалении, по шоссе.

– Вот сюда нам и нужно, – скрестив руки на груди, сказал Гросс Крамеру. – Какой живописный домик!

Крамер не ответил ни слова. Два агента Службы Безопасности за их спинами тоже невозмутимо молчали.

Гросс сделал шаг к калитке.

– Идемте. Согласно наведенным справкам, он жив, хотя и серьезно болен. Однако остроты ума не утратил, это представляется несомненным. Говорят, из дому он не выходит. Обо всех его нуждах заботится некая женщина: сам профессор для этого слишком слаб.

Пройдя по мощенной камнем дорожке, все четверо поднялись на крыльцо, и Гросс позвонил в дверь. После довольно долгого ожидания изнутри донеслось неторопливое шарканье ног. Наконец дверь отворилась. Вышедшая из дому пожилая женщина в бесформенном халате бесстрастно обвела взглядом гостей.

– Госбезопасность, – сказал Гросс, предъявив ей удостоверение. – Нам хотелось бы увидеться с профессором Томасом.

– Зачем?

– Дело государственного значения, – ответил Гросс, покосившись на Крамера.

Крамер шагнул вперед.

– Я – бывший ученик профессора, – сказал он. – Уверен, против встречи со мной он возражать не станет.

Во взгляде женщины отразилось сомнение. Заметив ее колебания, Гросс шагнул внутрь.

– Прошу прощения, матушка. Время сейчас военное, и торчать на крыльце целый день нам некогда.

Агенты Службы Безопасности последовали за ним, и Крамер, нехотя переступив порог, закрыл за собой двери.