Вторая модель

Но вот крышка люка медленно, будто нехотя, сдвинулась вбок, и воздух снова с пронзительным свистом хлынул наружу, в космическую пустоту.

Поочередно, один за другим, все они выпрыгнули из люка и понеслись прочь, подгоняемые реактивными двигателями скафандров. Спустя еще пару минут их подняли на борт перехватчика. Как только последнего из них втянули в проем люка, их собственный звездолет резко задрал нос кверху, с невероятной скоростью сорвался с места и вскоре исчез из виду.

Не в силах отдышаться, Крамер сорвал гермошлем.

– Ушел, – пробормотал Крамер.

– Об отправке предупреждения я уже распорядился, – заверил его Гросс.

– Что стряслось с вашим кораблем? – с любопытством спросил один из матросов. – Куда он сорвался в такой спешке? Кто там, на борту?

– Корабль придется уничтожить, – помрачнев лицом, продолжал Гросс. – Иначе никак. Кто знает, что у… у него на уме? Уф… Еще немного, и нам бы конец.

С этими словами Гросс устало опустился на металлическую скамью.

– Да, что же он мог задумать? – негромко, скорее, рассуждая вслух, чем обращаясь к кому-либо, пробормотал Крамер. – Чего хочет добиться? Не понимаю…

Пока перехватчик шел полным ходом назад, к лунной базе, все коротали время вокруг стола в кают-компании, попивая кофе, размышляя, но разговоры заводя разве что изредка.

– Послушайте, – наконец сказал Гросс, – а что он за человек, этот профессор Томас? Что вы можете вспомнить о нем?

Крамер поставил кружку на стол.

– С тех пор прошло десять лет. Если я что и помню, то крайне смутно, – предупредил он, устремившись мыслями в прошлое, сквозь года.

В колледже они с Долорес вместе постигали физику и естественные науки. Небольшой, малоизвестный, колледж Ханта изрядно отставал от темпа современной жизни. Крамер поступил туда только потому, что колледж находился в его родном городке и до него там учился отец.

Ну, а профессор Томас преподавал в колледже с давних-давних времен, так что колледжа без него никто и припомнить не мог. Странный, чудаковатый старик держался, как правило, особняком, многого в жизни не одобрял, однако в разговорах об этом упоминал крайне редко.

– Попробуйте вспомнить нечто такое, что могло бы помочь нам, – попросил Гросс. – Любую мелочь, хоть какой-то намек на ход его мыслей!

Крамер неторопливо кивнул.