Вторая модель

Бороду сбрить не заставили: он ее подстриг, причесан был вполне аккуратно, одет по моде середины двадцатого века: странный воротник, пальто, туфли из настоящей кожи, в карманах деньги, соответствующие эпохе… Вот, пожалуй, и все, что сейчас важно. Больше ему не требовалось ничего.

Ничего, кроме его мастерства, его особого охотничьего чутья… Только подобным образом Конгер его никогда прежде к делу не применял.

Снова выйдя наружу, он спустился к дороге и направился в городок.

Первым, что бросилось ему в глаза, оказались газеты на стендах.

5 апреля, год 1961-й. Выходит, промахнулся он не намного. Оглядевшись, Конгер обнаружил поблизости бензоколонку, авторемонтную мастерскую, несколько кабачков и магазинчик «Любой товар за 10 центов». Дальше по улице виднелась вывеска бакалейной лавки и какие-то общественные учреждения.

Спустя пару минут он поднялся по лестнице и вошел в тепло натопленный зал крохотной публичной библиотеки.

Библиотекарша с улыбкой подняла на него взгляд.

– Добрый день, – сказала она.

Конгер, улыбнувшись в ответ, предпочел промолчать: вероятнее всего, его манера выражаться, да и акцент покажутся библиотекарше необычными. Присев к столу, он принялся просматривать разложенные на нем журналы, но вскоре вскочил на ноги, пересек зал и с бешено бьющимся сердцем подошел к широкому стеллажу у стены.

Газеты, собранные по неделям! Он отнес к столу целую кипу подшивок и начал быстро листать страницы. Шрифт казался странным, непривычно причудливым, а некоторые слова – незнакомыми.

Отложив просмотренные газеты, Конгер продолжил поиски и наконец нашел, что искал. Вернувшись к столу, он развернул номер «Черривуд Газетт» и прочел именно то, что требовалось:

ЗАКЛЮЧЕННЫЙ ПОВЕСИЛСЯ В КАМЕРЕ

Сегодня утром неопознанный человек, задержанный службой окружного шерифа по подозрению в преступном синдикализме и содержавшийся под арестом, обнаружен в камере мертвым…

Дочитанная до конца, статья оказалась туманной, лишенной всякой конкретики.

Конечно, этого было мало. Вернув подшивку «Газетт» на полку, Конгер не без колебаний подошел к библиотекарше.

– А еще? – спросил он. – Еще газеты? Старые?

Библиотекарша сдвинула брови.

– Какие газеты? Насколько старые?

– Месяц… давности. И… и раньше.

– Если вы про «Газетт», то это все, что у нас есть. А что вам, собственно, нужно? Что вы хотите найти? Может быть, я смогу помочь?

Но Конгер молчал.