Путь отречения. том 2 (II часть) Последняя воля

— Ты меня осуждаешь, — уткнувшись в его плечо, глухо произнесла она. — Думаешь, мне легко?

Крепко обняв ее, Марк тяжело вздохнул.

— Нет, не думаю, Ли. И не осуждаю. Просто… Я не знаю. Все слишком запутано и сложно. Но я люблю тебя. Люблю, как всегда любил. Не отталкивай меня. Не выбрасывай из своей жизни…

— Я и не думала, — перестав дрожать, Лирамель расслабленно прильнула к нему и, подняв голову, поцеловала в сухие горячие губы. — Не говори больше ничего. 

 

…Над заснеженными вершинами медленно вставало огромное красное солнце.

«Бонара! — улыбнулся Миэль, делая три шага навстречу. — Все вернулось к началу, не так ли?»

Лирамель опустила руку, ища рукоять меча, но его почему-то не было.

«Это сон, — пояснил князь, видимо, заметив ее недоумение. — И наша предпоследняя встреча. Я долго думал и решил, что положение, в которое ты меня поставила, неприемлемо. Эта земля принадлежит и будет принадлежать мне».

Его голос становился все громче и громче.

«Да кто же ты, в конце концов?!» — отчаянно воскликнула Лирамель, невольно отступив назад.

Он пожал плечами и протянул ей ладонь. На белой коже вместо обычных линий черными штрихами сплелись воедино змей и дракон.

— Ты убила моего жреца. Возможно, сможешь убить даже Тарэма, но это ничего не даст. Вам не исправить уже совершенного. Обетование не будет исполнено.

Дрожа от ужаса, Лирамель вскинула руку и перекрестила воздух между ними.

Запрокинув голову, Миэль захохотал, а потом завизжал и с жутким воем исчез.

Подул ветер. Обернувшись, она увидела поле.

Десять фигур стояли плотным кольцом вокруг лежащего на земле мальчика. Чуть поодаль, метрах в двадцати от них, хрустя ломающимися камнями, медленно раздвигалась бездонная пропасть. Спустя секунду столб черного огня взмыл в небо и заслонил облака. Бесформенная масса тьмы дрогнула, исказилась, и стала принимать очертания огромного змея. Его алый глаз хищно прищурился, выискивая ее невидимую тень.

«Ты спрашивала кто я, Лирамель-Бонара? Смотри же! Я пожру тебя, сломлю твою волю, сожгу душу и вырву сердце! Я испепелю твою веру и заполню тебя собой! Кровь твоего сына станет первой…»

Метнувшись между неподвижными, словно статуи, жрецами, Лирамель заслонила Эллада.

Земля под ногами пошла мелкой рябью, в лицо дыхнуло огнем…

 

Закричав так, что заложило уши, Лирамель открыла глаза и судорожно вдохнула густой, как кисель, воздух.

Карл, белый как бумага, с блестящим от пота лицом хлестал ее по щекам, не замечая, что она пришла в себя.