Путь отречения. том 2 (II часть) Последняя воля

— Думаю, тебе все же стоит привести себя в порядок, — приобняв сестру за талию, прошептал он ей на ухо. — Пока разойдутся вести, у нас есть как минимум час.

Вздрогнув, Лирамель с подозрением взглянула на него и нехотя кивнула. Натан, который все это время с напряжением наблюдал за ней, заметно расслабился. Карлу молодой человек понравился — в нем чувствовался ум и необходимая сдержанность. Преданные люди, чьей ценой были бы не личные интересы, а искренние убеждения или чувства, являлись самым надежным основанием для настоящего и будущего.

Комната, в которую отвела их дочь Керста, явно принадлежала Марку. Многие вещи лежали так, чтобы их было удобно брать одной рукой, а и некоторый беспорядок, свидетельствовал о явном пренебрежении помощью слуг.

— Я поищу подходящее платье и принесу чего-нибудь поесть, — прежде, чем прикрыть за ними дверь, несколько виновато произнесла она, опустив глаза. — Простите за столь скромный прием, Ваше Величество.

Оставив Натана охранять покои снаружи, Карл почти силком усадил сестру в кресло и, не слушая возражений, стащил с нее все еще влажные сапоги.

От такого небольшого усилия у него задрожали руки. Он действительно очень устал, но теперь эта усталость стала настолько запредельной, что открылось второе дыхание. Опаснось ему больше не грозила, а вот Лирамель требовалось остановить: все, что она задумала, было написано между упрямо сдвинутых тонких бровей.

— Не пытайся опоить меня снотворным, — откинув голову на подголовник, слабо выдохнула сестра. — Я вижу тебя насквозь, Карли.

Мы договаривались…

— Помню, — опустив голову, чтобы скрыть улыбку, он поставил сапоги поближе к огню. — Тебе надо переодеться.

— Да, сейчас…

Стараясь не шуметь, он отошел к окну и посмотрел вниз. На каменной брусчатке лежали пятна солнца. Чуть дальше, через дорогу, блестела крыша двухэтажного приземистого дома, на фасаде которого красовался позолоченный крендель пекарни.

Когда спустя минут пять Карл обернулся, Лирамель уже спала. Ей и не нужно было никакого снотворного. Она вымоталась настолько, что требовалось лишь немного тишины и покоя, чтобы дать организму взять верх над взбунтовавшимся разумом.

«Что ж, — внутренне усмехнувшись подумал он, отойдя от окна, — вот теперь, пожалуй, пора».

Стянув с дивана подбитое мехом покрывало, Карл осторожно укрыл Лирамель и, отперев дверь, вышел.

— Зайди и запрись изнутри, — шепнул он Натану. — Не открывать никому, кроме хозяина покоев и меня, разумеется.

Молодой человек не стал задавать вопросов.