Авгур. Наследие

У покойного Гердара оставалась маленькая дочь, которая, как ты понимаешь, вполне могла бы впоследствии претендовать на престол, поэтому, чтобы уберечь её от внимания нового короля, епископ Галл приказал укрыть девочку в монастыре Серых Сестёр. Однако, после трёх неудавшихся покушений, принцессу решено было перевезти и спрятать в более надёжном месте. 

— Тихий Приют, — догадливо заметил Охотник. — И какое отношение к этому имеете непосредственно вы, Ваше Сиятельство? 

— Именно я организовал похищение принцессы Вероники, — просто ответил Ноэль.

— Когда умер епископ Галл, я понял, что медлить нельзя, поэтому приказал своим доверенным людям тайно забрать девочку из монастыря. 

Маг понимающе улыбнулся и прямо спросил:

— И в чём же заключался ваш интерес? Сомневаюсь, что дело исключительно в верноподданнических чувствах.

— Разумеется, нет, — поморщившись, отмахнулся граф. — А вот стать регентом при законной наследнице, спасителем, что помог ей вернуть трон — подобная перспектива меня прельщала.

Я успел заручиться поддержкой северных графств и тех знатных домов, что изначально были против восшествия Лейнара Видшера на престол. Год-другой, и можно было бы начинать полномасштабный переворот, однако, в мои планы вмешалась Чёрная Пустошь. 

Ноэль успел заметить, как неуловимо вздрогнул при его последних словах Охотник, а дремавшая у его ног собака издала тихий рык. Помнит... конечно же он всё помнит.

 

— Сам понимаешь, первую пару лет мне было не до Тихого Приюта — свои бы земли защитить, — продолжил граф Гильм. — Да и почти уверен был, что при том безумии, что охватил весь Асгалот, принцесса вряд ли смогла бы выжить. Однако потом всё-таки решил послать на разведку отряд, а когда по прошествии времени никто не вернулся, послал ещё один, и ещё. Когда осознал всю бессмысленность затеи, решил прекратить попытки и не рисковать больше своими людьми. 

— И что же изменилось? Откуда взялась такая уверенность в том, что ваша принцесса жива?

Ноэль ожидал этого вопроса.

Прежде чем ответить, граф прошептал заклинание, и в его свободной руке появилась старая, потрёпанная кукла. 

Брови Охотника вновь удивлённо взметнулись, но на этот раз он промолчал, дожидаясь объяснений, которые не замедлили последовать:

— Эта игрушка принадлежала принцессе Веронике.