Левиафан. Игры богов

Беда выступил вперед, протянул руки в сторону вражеского корабля, сплел пальцы в тайный огам, ведомый лишь верховным друидам, и произнес слово силы.

Белен ожидал увидеть волну, сбивающую с ног вражеских воинов, а возможно и переворачивающую их корабль, вроде той, что Беда применил против саксов у краннога Лох-Брейден. Но ничего не произошло. Друид тряхнул головой и повторил действие. Снова никакого результата.

– Это не пираты, – внезапно сказал Марвин.

– С языка снял, – буркнул Беда. Впервые на его лице Белен видел искреннюю ярость.

– Твое колдовство на них не действует? – спросил парень. – Такое возможно?

– Возможно, если среди них есть друид не слабее меня, – процедил сквозь зубы Беда. – Но признаюсь, я таких не встречал. Поэтому вероятнее, что их прикрывают чары какого-то оберега. Оберега древних.

– И это хуже, чем если бы среди них был друид не слабее тебя, – мрачно проговорил Марвин, переводя взгляд с вражеского корабля на Беду.

– Да, – еле слышно ответил Беда.

– Лукам – бей! – выкрикнул Арт. Тут же четыре стрелы вспороли воздух и по дуге ушли в сторону приближающегося корабля. Почти сразу стрелы полетели в ответ, на одну меньше. Две врезались в самый край борта, одна – в щит воина, что стоял перед Ансгаром.

– Бить без команды! – выкрикнул палубный мастер. Началась дуэль лучников, которая, впрочем, вряд ли могла дать существенный эффект на таком расстоянии. С обеих сторон стояли обученные щитовики, у которых из-за круглых щитов выглядывали только навершия шлемов, да клинки с секирами.

– Отродья фоморов, – проговорил кто-то из команды. – Павшие воины, продавшие свои души Домне и королям ночи, чтобы вернуться в мир живых ради мести!

– А если и так! – прорычал Ангсар прежде, чем Арт успел отругать своего человека. – А если и так, а! Клянусь молотом Тараниса, у них тоже идет кровь, наша девчонка это вам доказала!

– И это значит, что победа наша будет славной вдвойне! – пророкотал Огмиос и воины одобрительно заревели в ответ.

– Ну, я примерно к этому и вел, – хмыкнул воин, заговоривший о фоморах. Бойцы гулко засмеялись, не особенно заметив очередную порцию стрел, что враги выпустили в них.

Улыбнулся даже хмурый Марвин, который все это время хранил молчание.