Путь отречения. том 3 Последнее пророчество

-И что же это за место такое? – Отвлекшись от окна, Лирдан удивленно нахмурился, и в его прозрачных серых глазах отразилась такая трепетная надежда, что Поль не выдержал и, протянув руку, приобнял его.

-Гора, - тихо, но уверенно ответил он и вдруг улыбнулся, почувствовав, как вспыхнул в сердце теплый огонек. Поль вспомнил календарь, подаренный крестившим его священником. Гора вздымалась над синим морем, словно неприступная крепость. Впрочем, она и была ею, и Поль верил, и даже больше – твердо знал, что найдет там и покой, и защиту, и ответы на все свои вопросы.

«Бог помогает там, где нужна Его помощь, там, где люди уже не могут ничего сделать по-человечески, - наверное, уже в тысячный раз повторил он про себя слышанные некогда слова и мысленно выдохнул, вложив в этот вздох всю боль, какая накопилась в нем за долгие годы: - Господи, не оставь нас милостью Твоей, ибо иссякли и силы, и надежда. Вокруг осталась только тьма…»

* * *

Стараясь не разбудить мать, Фэй дотронулась ладонью до ее лба и обернулась к лекарю:

-Жар слишком сильный.

Лучше нам остановиться.

-До Артелена всего полдня пути, - попытался возразить тот, но Фэй лишь улыбнулась:

-Я хорошо себя чувствую, не беспокойтесь.

-Срок почти подошел, роды могут начаться в любой момент…

-Моврон, прошу вас, - с нажимом признесла она. - Мама нуждается в отдыхе, да и мне бы хотелось нормально прилечь.

Недовольно покачав головой, лекарь приоткрыл дверь и крикнул вознице сворачивать к деревне.

Солнце застыло над верхушкой огромного темно-зеленого дерева.

Влажный душноватый ветерок лениво перетекал с ветки на ветку, едва касаясь вытянутых блестящих листьев и волнами разнося дурманящий сладковатый аромат.

Подождав, пока Моврон подаст руку, Фэй аккуратно спустилась и огляделась. Она никогда не была на юге, но многое знала из книг и слышала от отца и лорда Эстина, который иногда гостил в Лаусенсе.

Небольшие домики, окруженные низким плетеным забором, утопали в зелени. Сочно-зеленая, намного ярче той, которой росла вокруг Лаусенса и на севере, растительность, казалось, была повсюду: огромные деревья касались ветвями округлых, покрытых мхом крыш; травы, пестреющие всевозможными цветами, волнами нахлестывали на забор и брызгами-всплесками зеленели у порогов домов.

Фэй казалось, что за пару дней их путешествия между хлопковыми и льняными полями и беспрерывной стеной леса она попала в совершенно другой мир.

-Красиво как, - взяв ее под руку, заметила мать. – Только душно… Странный воздух.