Путь отречения. том 3 Последнее пророчество

– Сложив стопку обратно в черную папку, он кивнул на маленький круглый столик, увитый медным виноградом: – Вина?

            Молча взяв бокал, Поль пригубил и тут же поставил на место. Все оказалось серьезнее, чем он надеялся: происходящее стало выходить из-под контроля. 

-Что-то случилось, отец? – осторожно спросил он, внимательно наблюдая за его усталым лицом. – Ты поговорил с матерью?

-Да. Поговорил. Сегодня…

            Скрестив на груди руки, Поль с нарочитым безразличием хмыкнул, надеясь вытянуть хоть что-то, что позволило бы вывести его из этого состояния.

 

-Она неуправляема, - спустя недолгое молчание произнес отец. – Никого вокруг не замечает… Не советуется. Я… - Мрачно покачав головой, он сжал кулак и шарахнул по подлокотнику: – Я не могу повлиять на ее решения! Даже не знаю, что она задумала!

-Ты чего-то боишься? – мягко подводя его к нужной мысли, предположил Поль.

-Я боюсь за твоего брата, - напряженно ответил отец.

– И за народ, который вновь попадет в жернова междувластья. Мы не готовы бросать Ордену вызов – сейчас это безумие. Но она не слышит. – В его голосе скользнуло отчаяние. – Мы можем потерять ее, Поль! И ее, и друг друга. Однажды это уже почти произошло… Но дважды так никому не везет.

-Не думаю, что наше общее прошлое – это везение, отец, – резко и жестко заметил Поликарп, поймав его взгляд. – Или ты до сих пор ничего не понял?

            Вздрогнув, отец недоуменно сдвинул брови.

-А что я должен был понять, не просветишь?

            Сунув руку в карман туники, Поль нащупал четки и несколько раз глубоко вздохнул. К этому разговору он готовился давно, но по малодушию откладывал - надеялся, что все разрешится само собой. 

-Ты забыл, отец, - наконец тихо произнес он, глядя в пол. – А я, хотя и был несмышленым младенцем, помню, как ты дал слово всю жизнь быть в тени и не вставать между ней и ее долгом. Как обещал смириться с тем, что доверяя тебе жизнь и душу, она никогда не доверит власть и право влиять на ее решения.

И еще… - Не отпуская умом молитву, Поликарп провел свободной рукой по выцветшей голубой обивке и совсем неслышным шепотом заметил: - Ты забыл главное: кто она и для чего была поставлена на этот путь. Вы все забыли. Только дядя Карл помнил…

-Ты о пророчестве? – изменившимся тоном спросил отец, нервно теребя между пальцев краешек своего камзола. 

-Именно.