Путь отречения. том 3 Последнее пророчество

Поль уже достаточно силен, чтобы играть с Орденом на равных, а ты будешь в безопасности…

-А Картал?

            Лирамель мрачно промолчала. Закрыть среднего сына ей было нечем. Королевству требовался наследник, а Картал устраивал даже Орден. Хотела она или нет, ей вновь приходилось кем-то жертвовать.

-Он выбрал сторону, - холодно ответила она. – Каждый делает свой выбор, Эл. И я не удивлюсь, если когда-нибудь узнаю, что он был замешан в покушении… Хотя и надеюсь, что это не так. 

-Нет, - уверенно ответил Эллад.

– Я ручаюсь за него головой. К смерти дяди брат не причастен, а вот Орден действительно давно имел на него планы. Учитывая, что Салван оказался их человеком, я не удивлюсь, что они все спланировали задолго до твого возвращения.

-Возможно, - с готовностью согласилась Лирамель. – Не суди строго, у нас нет другого выбора: он – единственный, кто подходит на эту роль. Я не вправе как-либо препятствовать. 

-Я и не сужу. Ты любишь его больше, чем мы все.

Надеюсь только, брат когда-нибудь это поймет. Мне бы не хотелось, чтобы Фирсар использовал его против нас.

            Она промолчала. Никто из них не мог знать будущего. 

- Мне пора, - не зная, что еще сказать, Лирамель порывисто встала. – Если тебе что-то понадобится или почувствуешь неладное, вели позвать отца. Больше никому не доверяй.

- Ты скажешь ему..?

            Повернувшись к двери, Лирамель замерла. В голосе сына сквозила такая надежда, что казалось, еще немного - и он заплачет.

 

- Нет, - через силу ответила она. - Возможно, позже, но не сейчас. Он будет защищать вас, как пантера своих котят, невзирая на последствия. Наше бремя – не его бремя, Эллад. Отцу не вместить того, что вам дано от рождения, не понять и не принять никогда. Не забывай об этом, иначе погубишь и его, и самого себя. – Слегка повернув голову, она улыбнулась и тихо добавила: - Он все равно не поверит, что ты мог поднять на меня руку, даже если весь мир будет убеждать в обратном.

 

            Эллад не ответил, но по спавшему вокруг напряжению Лирамель поняла, что сын ей поверил. Толкнув решетку, она вышла в коридор и крикнула стражу. 

 

Черные ковры наконец-то убрали. Приказав не пускать в покои никого, кроме Марка, Лирамель подождала, пока скрипнет тяжелая створка, и, шагнув к креслу, сбросила жесткие ботинки и отстегнула от пояса ножны.