Красный Чародей

Гюнтеру было некуда идти, и он заявил, что будет служить «самому крутому засранцу в Цендранге», естественно Ульрих не доверял ему, но разрешил остаться, у него сейчас слишком мало людей, чтобы разбрасываться даже такими чародеями. Так же он отослал письмо Вереску, чтобы тот разворачивал операции против Роенталей и не стеснялся требовать все, что необходимо для этих операций. Так и закончился этот ужасный день.

Глава 24

 В течении недели все газеты трезвонили об этом нападении. Ульриху приходили люди с соболезнованиями, дворяне, чиновники, офицеры, зажиточные горожане.

Все были удивлены такой жестокостью и наглостью. Красноволосому от этого было тошно, он отлично понимал, что им плевать на его горе, на смерть его названного сына. Всех их скорее шокировало, что кто-то нарушил покой этого проклятого города. За его стенами они всегда чувствовали себя в безопасности, но теперь уже нет. Наверное, они считали, что своими дара и соболезнованиями они отведут от себя беду. Глупцы, нет такой стены, что может защитить, не имея на себе защитников. Так говорил основатель города Эрвин «Скала» фон Кирхайс. А теперь его слова все забыли. 

Вскоре состоялись похороны Кристана. Ему было всего 14 лет. Церемония была скромной, на ней были только друзья, в том числе Маркус и Мартин. Было произнесено много слов о доблести и пролито много слез. Ульрих прекрасно понимал, что это он виноват в его смерти. Но теперь останавливаться было уже поздно. Видимо эта тайная война будет идти до конца.

Теперь сюда еще и вовлечены Лебены и вся «Башня». Соответствующее письмо он получил от Лютера фон Лебена. Судя по всему, на фоне этих событий все больше мелких родов присоединится к этому обществу в целях защиты.

Почти все свое время Ульрих проводил в Госпитале при Университете. Анита лежала там, восстанавливаясь от ран. Она потеряла глаз, ее лицо уродовал шрам, так же она наверняка будет хромать на правую ногу. Но она была жива. Ульрих держал ее за руку, и они подолгу сидели так.

Наконец она спросила:

– Зачем ты сюда приходишь все время? Я ведь уже в порядке.

– Почему я не должен приходить к своей невесте?

– Не смеши меня. Я в них не гожусь. На мне живого места нет. – Ее голос дрожал.

– Мы поженимся и точка. Ты сделала для нашего дома больше чем кто либо. Если бы не ты, я не хочу даже думать, что могло случиться с нашими детьми. 

– Но…

– Никаких но. – Ульрих зажал ее рот поцелуем.

Свадьбу они сыграли спустя месяц.