Красный Чародей

Имеррих вытирая рот платком заявил:

– Отличная рыба, давненько я такой не ел, жаль, конечно, что на мой вкус специй маловато. – Он повернулся к Ульриху. – Вы согласны господин фон Адер?

Все начали перешептываться. Конечно же многие знали эту фамилию. Тот лишь невозмутимо ответил:

– Полностью согласен. Но я больше люблю мясо, особенно стейки. Жаль что их нет на столе. 

Он был готов поклясться, что слышит скрежет зубов. Фон Гелле вновь заговорил:

– Причину этого мы все понимаем, более того мы сами ощутили не себе ярость пиратов.

Только имперская непоколебимость вытащила нас из передряги. 

– Да, пираты являются большой бедой для всего Архипелага. – Попытался хоть что-то сказать Магнус фон Рейхенау, формальный глава Конклава. 

– Уверен, что вы понимаете причину их разгула? – Глаза имперского посла сузились. – Имей вы патрульную систему, вы бы давно покончили с этой напастью. 

– Кораблей у нас не хватает даже для защиты поселений.

– Потому Империя протянет вам руку помощи.

– Зачем нам ваша рука? – Взвился один из чародеев Конклава.

– Чтобы у вас была нормальная торговля. – Усмехнулся фон Гелле. – Мы еще не были на вашем рынке. Но уверен, что даже обычное зерно идет на вес золота. 

– Тот, кто выбирает между бедностью и бесчестьем, получает и то и другое. – Заявил один из самых старых чародеев. – Мы пришли сюда из-за несправедливостей, творящихся в Империи. Мы были не согласны с этим, и мы знали на что шли.

Не надейтесь, что мы позволим вашему флоту диктовать нам условия. 

  – О, я вижу уважаемый, что вы немало пожили лет при Максимильяне V. Но вы же видите, что рядом со мной сидит прекрасный красноволосый юноша, фамилию которого вы уже знаете. – Ансагр ступил в дело и хлопнул Ульриха по плечу. – Думаю, вам всем вполне очевидно, что прошлое осталось в прошлом. Не так ли господин младший советник Имперской инспекции?

– Да.

Император даровал мне амнистию и полностью восстановил в правах. – Отхлебнул Ульрих немного фруктового вина. – Сейчас у меня большая счастливая семья и мне на что жаловаться.

– Если вы принимаете эти подачки после всего произошедшего, мне просто жаль ваших предков. – Ухмыльнулся молодой чародей.

По залу прокатился гул. Ульрих лишь усмехнулся:

– Мои к счастью не видят моего «позора». А вот вашим приходится краснеть все время.