Попаданец в Таларею

Это в верхнем городе, во всяком случае, днём было безопасно, улицы тут патрулировались большим количеством стражи, ну а в нижнем — люди пропадали и за меньшие ценности на руках.

Лавка Ногая представляла собой двухэтажный дом, на первом этаже которого сразу за входной дверью располагался большой зал со столами и стульями вдоль стен.

На столах лежали фолианты, их можно было посмотреть и почитать, предварительно заплатив за это деньги. А можно было заказать доставку книг себе домой. Большинство так и делало.

Там же в зале находилась небольшая конторка, в которой полагалось бы находиться хозяину, но Ногай доверил это Олегу, сам же спускался по вызову, только если клиент собирался делать заказ

Ещё на первом этаже, если пройти в боковую дверцу, были небольшая кладовая, кухня, ванная комната, каморка для хранения всякого инструмента и комнатка, в которой жил Элий.

На втором этаже, куда из зала вела крутая лестница, находились кабинет и спальня хозяина, комната Олега и большая комната для хранения книг.

Ногай не имел детей, а свою жену он схоронил шесть лет назад, и с тех пор так и не женился.

У него была знакомая, сорокалетняя вдова ювелира, худая язвительная и желчная женщина высокого роста — Олег даже прозвал их про себя Лёлик и Болик.

Ногай проводил с ней пару ночей в декаду. Приезжала она к нему сама — Ногая из дома было не вытащить даже при пожаре.

Поддержание порядка в доме и возле него лежало на Элии. Раб подметал и мыл полы, стирал, готовил, ходил за покупками.

Последнее было его любимым делом, оно позволяло ему заниматься самыми главными занятиями в его жизни — слухами и распространением сплетен.

Сколько раз Элий своим языком ставил Ногая в глупое положение, не сосчитать. И никакие получаемые от хозяина трёпки не могли его удержать.

В зале, куда спустился Олег, не было ни души. Элий смылся с глаз долой, на улицу. Слышно было, как он метёт дорожку вдоль магазина и перекрикивается с работником находящейся по соседству пекарни.

Элий и правда не мог не раздражать. Когда Олег первый раз увидел, как Ногай лупит старого раба, то еле сдержал себя, чтобы не вмешаться, но уже через декаду сам был готов иногда отвесить ему хорошую затрещину. Удерживало только воспитание, полученное в ином мире.

Выбрав себе книгу, Олег разместился в конторке и стал читать.