Чародей по вызову

До выбеленных костяшек вцепившись правой рукой в цепь, Чародей впился зубами в ладонь левой. Прокусил до крови. И вскинул вверх. Будто ковбой на родео…

«Ну и дебильная же поза…» – думал Анджей, пока кровь стекала вниз, под рукав, смачивая татуировку, что покрывала все левое предплечье чародея. Он подгадал момент, когда блаженно-монументальная земля будет не слишком далеко, и… Ладонь шлепнула по черной спине. Зашевелились скрытые под одеждой символы. Вспыхнуло гематитовое пламя, мрачным всполохом вгрызаясь в змея, мгновенно обращая плоть в прах и стремительно расширяясь.

Под вопль необузданной боли Шулер спрыгнул вниз. Метнул себе под ноги «щит веры». Простенькое защитное заклинание сработало как подушка безопасности.

Холера! Приложился он все равно знатно… Система разлеталась в клочья, но головой вроде не сильно двинулся… Краем глаза Шулер увидел, как следом за ним рухнул на землю обсидиановый костер, еще секунду назад бывший бестией.

«Это должно было его доконать…»

Несмотря на пафосное название и впечатляющую эффективность, «темное пламя распада» – одно из простейших заклинаний Магии Смерти.

И даже его чародей не мог выполнить без костылей в виде Магии Крови и демонологии. Левое предплечье Анджея покрывал натуральный гримуар на трех адских диалектах. А стоило призвал весьма жалкий на самом деле огонек – из его тела испарился приличный объем крови. Да и до следующего полнолуния перезарядить тату не выйдет…

Поднялся – громко кряхтя и с таким трудом, будто его одежда вдруг обернулась тяжелыми доспехами.

Поморщился. Потер плечо, на которое его угораздило приземлиться. Судя по тому, что он уже довольно долго не слышал криков бестии – и при этом оставался жив, – от нее остался лишь скелет. Да и тот скоро исчезнет из Яви…

«Так, а где скелет?» – недоуменно огляделся Шулер. Никаких остатков демона рядом не было. Кажется, он все же отрубился на какое-то время, раз кости так быстро исчезли...

Дома его встретил оглушительный мяв. Кот терся о ноги Анджей, оставляя шерстяные отметины на брюках чародея.

Но замолкать эта живая сирена даже не думала.

– Да-да, прости, Император. Знаю, я задержался. Сейчас покормлю тебя. Только хватит орать.

Верхушка пакетика с кормом отправилась в мусорник. А половина содержимого упаковки – в миску коту. И лишь приступив к трапезе, Император соизволил заткнуться. Оставив котяру предаваться греху чревоугодия, он пошел к холодильнику. Надо бы и себе что-то приготовить.