Бигра

Даже не представляю, откуда у него взялось столько сил. Стремительно достигнув пика первым, он застыл. То же самое постигло меня, стоило на него взобраться. От увиденного зрелища у меня, наверное, и челюсть отвисла, и глаза вылупились подобно ненормальному.

– Жорик, чет твои лапки нихера не помогают! Ты их куда засовывал? В слот или так в карман положил? А может, в руках… – сильно пыхтя орал снизу Макс. Взобравшись к нам, не договорив, он вытаращился на это зрелище глаза. – Ахереть… Пиндец…

С другой стороны дороги, в нашу сторону бежала еще большая туча крестьян.

Мы оказались посреди поля между молотом и наковальней. До леса в любую сторону было далеко. Ни вперед, ни назад для нас дороги уже не было. 

– Что будем делать? – спросил я, видя наше неминуемое поражение. Скорее у меня это даже вырвалось на автомате. И так, было понятно – нам не выпутаться. Хоть самому харакири делай и возвращайся в город, ибо быть исколотым вилами и после еще затоптанным сотнями ног было бы еще хуже.

– Че-че… Драться будем! – с обреченной уверенностью вырвалось у Макса.

– Может, хотя бы опыта дадут… Хотя…

Мы выстояли совсем недолго. Макс успел вбить свой топор в три крестьянских головы. Я убил стрелой одного. Никогда раньше не стрелял из лука. Даже в руках его не держал. Сам удивился, как это у меня здорово получилось. Но дальше применять лук уже не имело смысла. Толпа набросилась на нас со всех сторон. Воткнув в одно тело свой меч, я не успел его вытащить, да и сил никаких не было. Даже не понял, убил его или ранил.

Меня с нескольких сторон проткнули вилами практически одновременно. Крестьяне с бешеной скоростью их тут же вынимали из тела и снова втыкали. Как будто хотели сделать из меня решето. Моя кираса с единичкой в защите оказалась подобно фольге. Совсем не сдерживала ударов. Все тело заполнилось противной болью. Особую неприязнь доставляло движения проклятых вил внутри тела. Словно кишки и прочие органы сами на них наматывались.  

Чувствуя, как силы окончательно меня покидают, и на глаза находит черная пелена, я заметил, что на ногах оставался один лишь Жорик.

Он, как заправский воин, рубил головы всякому, кто к нему приближался. Каждый раз при этом над его головой огнем загоралась подкова. Похоже, удачей он был чересчур переполнен. 

Магию использовал, что ли? И нахера? Мы все равно обречены. Ведь когда возродимся на площади, нам ее больше просто так не дадут. 

С этой мыслью я окончательно провалился во тьму.

Чернота не продлилась долго.