Лич

Дня через два-три вернусь и…

— Умри! — перебил меня самым вульгарным образом этот гад, ловко засадив пяткой в ухо.

Верней, попытался. Ну не мог я убить его вот так просто. Даже приказ отдать. Понимаю, что он непись, бот программой управляемый, а все равно не получается. Паршивый из меня лич. Жаб, лягушек, пичуг да прочую живность вот могу, а человека, пусть даже он эльф, рука не поднимается. В общем, для успокоения совести, я его и развязал, предварительно Оу команду мысленно отдав. В итоге, летящая к моей хлипкой шейке нога была сбита с траектории ударом когтистой лапы костяного зомби, с недавних пор получившего имя собственное — Пекарь.

— В источник его. Пичкать искрами пока не переродиться.

— Сделаем, мастер, — степенно кивнул кряжистый зомби в кожаном фартуке. Вот и нашлась работа для кузнеца.

— Дед, приставь Неудачника, — кивнул на зомби, который из бывшего лучника вышел, — пусть записывает сколько искр потребовалось.

— Не извольте беспокоиться, господин, все учтем.

— Отлично. В поход!

— Смерть живым! Жизнь немертвым! — выдал Оу.

— У-и-и! — поддержали духа пятачки.

Остальные предпочли ограничится невербальными звуками. Скелеты, в силу общей неразвитости просто оружием стукнули. Лучники по полу, мечники по наплечнику. Зомби просто лапами в грудь бухнули. В общем, нежить выразила полное принятие концепции. Странно даже как-то, что нас морали лишили. Впрочем, та ведь условный показатель, что-то вроде дополнительного множителя при расчетах разных.

Но ведь в игре весьма зубодробительные формулы используются. Так, опять не о том думаю. Вперед!

***

В рассветном тумане, окутывающем кромку болота, появились силуэты. Вот первый из них превратился в поджарого монстра, покрытого костяными наростами, прикрывающими тело словно легкий доспех. Светящиеся красным глаза внимательно оглядели округу. После чего пришлый взмахнул лапой, увенчанной жуткими когтями, и легкой трусцой двинулся в сторону старой дороги.

Спустя полминуты из тумана выбрались два массивных тела, в которых любой бы сразу признал зомби. Сверкнув зубастыми «улыбками», чудовища неспешно последовали за первым гостем. Впрочем, это был лишь авангард. Вскоре появился и основной отряд нежити. Могучий кабанище служил ездовым животным сердцу и мозгу армии смерти — худосочному личу, укрытому в напоминающий расцветкой маскхалат балахон.