Непроходимые миры

Хотя я не очень-то надеялся на результат. Даже если мой случай не уникальный, чем это мне поможет? Узнаю как закончили свой путь другие попаданцы и что с того? Вряд ли мне полегчает. А жить нужно здесь и сейчас.

— Сколько мне ещё сидеть в карантине?

— Если бы не перевоплощение, которое случилось на твоих глазах, я бы распорядился выпустить тебя через неделю. А так придётся потерпеть, Аретём! Ещё дней пятнадцать, может, двадцать. Запретная магия коварна. Устойчив ты к ней или нет — время покажет.

— Если нет — вы лично изжарите меня?

— Да, — печально ответил Фальк.

— Спасибо за откровенность, — поблагодарил я. — Если это произойдёт, я буду приходить к вам в кошмарах.

Инквизитор удалился, оставив меня в глубоких размышлениях. Не скажу, что они настраивали меня на позитив.

Но, рано или поздно всё заканчивается. Подошёл к своему завершению срок карантина. И я, и Ларт, и остальные запертые в клетках перенесли его благополучно.

Нас выстроили цепочкой вдоль коридора. Впервые за несколько недель я почувствовал себя свободным, пусть надо мной нависал тяжёлый потолок подземного бункера, а солнце заменяли масляные лампы. Но эту куда лучше, чем в клетке, проверено на собственном опыте.

Сейчас я мечтал о бане. Классической русской парилке с горячущими деревянными полками, замоченными в тазу вениками, с пивом… да хоть с квасом в холодном предбаннике. Я чуть не застонал, представив себе эту роскошь! Быстрее бы добраться до помывки, смылить с себя накопившуюся грязь и вонючий пот, переодеться в новое.

Но пока приходилось стоять в шеренге и есть глазами шагающего от одного конца строя к другому мужчину. На вид ему было лет тридцать. Ниже среднего роста, болезненно худой до субтильности, с бритой налысо головой и нелепо торчащими ушами он не производил впечатления. Не мужик, а так — мужчинка. Ткнёшь пальцем — повалится.

Он будто прочитал мои мысли, остановился напротив, резко развернулся и уставился на меня снизу вверх.

— Что, не нравлюсь?

— А почему собственно ты или вы… не знаю, как к вам обращаться, должны мне нравиться? — удивился я.

— Хотя бы потому, что с этого дня ваша жизнь целиком лежит в моих руках, — тоном сержанта из «Цельнометаллической оболочки» рявкнул он, даже не думая, насколько диссонирует этот грубый тон с его плюгавой внешностью.

— Понял, — кивнул я. — Скажете прыгай — мы должны прыгать. Ну прочее в этом роде.