Азифуровы трубы

Преодолев это препятствие он оказался в зале и тут же лицом чуть не уперся в чью-то ладонь.

Гость провел пламенем свечи от ладони к плечу и к лицу застывшей фигуры. Во тьме было трудно разобрать, камень это или какой-то окаменевший твердый пепел. Лица застывшего человека гость не мог вспомнить. Повинуясь чутью, он медленно продвигался к выходу. Свет падал и на другие фигуры людей. Похоже, это были другие посетители таверны. Среди них, застывших посреди веселья, гость не разглядел ни хозяйки, ни раба, который приносил ему ужин.

На выход! Быстрее отсюда.

И как только гость ускорил шаг, он почувствовал вокруг резкое, единовременное движение всех фигур. Все разом они повернулись в его сторону и пристально уставились пустыми глазами. Гость замер. Замерли и фигуры. Еще шаг в сторону двери — фигуры шагнули в сторону гостя, вытягивая к нему руки. Еще шаг, тихий, робкий — шагнули и фигуры. Все, разом.

Гость застыл на месте. Он понимал, что до двери он не сумеет добраться, не то что открыть ее. Осторожно он сделал шаг назад.

Никакой реакции фигур. Значит, они не мешают ему вернуться в комнату. Он повернулся обратно и тут заметил в темноте еще один огонек свечи. Медленно ступая, опасаясь задеть следившие за ним фигуры, он приближался к источнику второго света.

Зеркало. Мог бы догадаться. Просто свет его свечи отражался в старом зеркале. Но, приглядевшись, он заметил там не только свое отражение. Отражений было будто бы два, одно сквозь другое. И это другое вызвало немой ужас гостя. Облаченный в черную мантию мертвец с бледной, без признаков разложения, но совершенно тонкой, почти прозрачной кожей.

Если вглядываться в нее, то казалось, что можно было рассмотреть черты черепа и зубов за губами. Мертвые глаза не сводили взгляда с гостя. Мертвец улыбался. Какой-то страшной неживой улыбкой, будто это выражение лица просто застыло на нем в миг его смерти. Мертвец был недвижен, он просто смотрел и улыбался. В этот момент тренированный маг осознал, что находится во сне. И сейчас самое время ПРОСНУТЬСЯ!!!!

Гость подскочил на кровати, жадно хватая ртом воздух.

Оказывается кто-то громко стучал в его дверь.

— Господин лекарь!! — доносился испуганный голос, — Прошу вас, откройте дверь, человеку плохо! Вы слышите меня? Помогите, прошу вас!

— Сейчас, только оденусь! — ответил гость. “Угораздило назваться лекарем” — мелькнуло у него в голове.

Утерев взмокший лоб, лекарь быстро повязал на голове свой платок, скрывающий волосы. Очень редкий цвет серебра часто вызывал вопросы.