Азифуровы трубы

А возможно, выхода нет физически, что усложняет задачу.

Мой спутник, который хорошо разбирается в нечисти, советовал мне немедленно убираться из города, что я не успел сделать. С чем же мы имеем дело? Как отсюда выбраться?..”

— Ну что, мудрая книга? — обратился гость к своей сумке. — Как считаешь, насколько сильно мы влипли?

Молчание. Гость также помолчал, глядя на сумку, а потом лег поудобнее закрыв глаза.

— Я тоже так думаю, — произнес он, не то себе, не то книге.

Глаза сомкнулись. Путник погрузился в сон. Этот сон был куда проще, чем прошлый.

Только зеркало в рост. Улыбка знакомого уже черепа сквозь почти прозрачную кожу фигуры в черном балахоне сквозь отражение. Дрожащий свет зеленого пламени свечей у зеркала. И кромешная тьма вокруг.

— Лежи, не дергайся! — скомандовал громкий голос.

Путник не сразу понял, что его уже положили вниз лицом и руки вяжут за спиной. Может быть, он бы стал сопротивляться, но сейчас он просто не мог. Не понимал, где находится, и что происходит. Открыв глаза, он увидел небольшую группу людей в форме городской стражи и желтый утренний свет, заполнявший комнату.

. 

— Мужики, вы чего? — возмутился гость.

— Еще спрашивает, сукин сын! — Крепкие стражники быстро подняли его на ноги и потащили наружу. Дверь была высажена, и гость сильно удивился, что это событие его не разбудило, а приходить в себя он начал лишь, когда его уже вязали. Стражники втащили его в комнату ко вчерашнему пациенту, над которым читал молитву священник. — Что, узнаешь работу?

— ЧТО! — возмутился гость.

— Вы на меня думаете!?

— А на кого? — Стражник постарше крепко дал гостю кулаком в живот. На какое-то время он не то что говорить, он даже не мог дышать и стонать. — Колдуна-то сразу видать. Как тебя, падаль седовласая, только в город к нам пустили? Твое счастье, что у нас тут очень строго с правосудием. Будь моя воля, ты бы болтался в петле за городской стеной уже сейчас. Тащи его!

Стражники проволокли арестованного через всю гостиницу и бросили в свою клетку на колесах.

Пожалуй, единственный, кому было искренне жаль, что все случилось именно так, был раб Иосиф, смотревший гостю вслед. Стражники, заперев дверь, быстро заняли места, повозка тронулась и в умеренном ритме двинулась по дороге. Гостя немного удивило, что в него традиционно не летят ни камни, ни тухлые овощи, однако, на всякий случай, он сжался и закрыл руками голову и лицо. А вот сильно он удивился тому, что повозку тянут не лошади или другие животные, а с десяток рабов.