Странник

  После нашего довольно продолжительного и серьёзного разговора Арта попросила своего супруга отвести меня в заранее подготовленную отдельную спальную комнату.

 Всё складывалось как-то слишком идеально. Почему, например, новые знакомые так просто поверили нашим словам и так легко и непринуждённо дали клятву Древнему, зная, что при её нарушении они погибнут.

- Шон, - обратился к нему я, -скажи, почему вы...

- Так легко вам поверили? - Спокойным голосом перебил меня он. 

- Да... а как ты...

- Просто твой вопрос был достаточно ожидаем.

Если честно, находясь в твоём положении, я бы спросил то же самое. На самом деле, давным давно, во время последней "Межрасовой бойни" Рада  дала нам такую же клятву, в которой обязалась не врать мне или Арте. К тому же, твоя новая подруга как-то раз спасла нас. 

- А можешь, пожалуйста, поподробнее рассказать мне про эту "Межрасовую бойню" и как вы вообще впервые познакомились Радой?

- Ну, - Шон невинно пожал плечами, - это -  очень долгая история.

К тому же я не имею право говорить о ней. Сам, наверное, понимаешь. 

Мы шли по коридорам, плотно обвитым тонкими  деревянными прутами. Эти пруты создавали довольно интересный узор, напоминающий плотно скрученные спирали или мощные, порождённые столкновением двух сильнейших ветров, дующими в противоположных направлениях, вихри. На стенах, опуская на пол тёмные, почти чёрные тени, висели солидных размеров стеллажи, до краёв забитые всякими безделушками. Но среди всего этого хлама находились и довольно интересные вещи.

Вот, например, небольшая каменная пирамидка с усечённым носом, похожая, как я думаю, на какую-нибудь древнеацтекский алтарь, предназначенный для жертвоприношений. Но вместо окровавленного трупа с вырванным сердцем, на верхушке красовался ромбовидной формы вращающийся кристалл. Присмотревшись, я заметил, что тот вовсе и не касается усечённой пирамидки, а свободно парит в в воздухе в нескольких сантиметрах от неё. Подобные интересные конструкции встречались достаточно редко, но всё же встречались.

Так мы дошли до двери, выполненной уже из другого, более тёмного сорта дерева. Так же тут имелась простая, матовая металлическая ручка. Но это было далеко не всё. Дверь, по всему своему периметру была украшена выделяющимся и ярко-блестящим стальным узором в виде вьющегося плюща. 

Шон, не прикладывая ни малейших усилий, повернул ручку и мы молча вошли в комнату. 

Ну, что сказать.